И, пожалуй, строить из себя дурочку — тут мне и стараться не придется.

— В чем разберемся? — похлопала глазами я, теребя кончик косы. — Я не понимаю, чего вы от меня хотите. Отпустите, а то я буду кричать.

Этен фыркнул и демонстративно сложил руки на груди.

— Да пожалуйста. Идите хоть сейчас к понтифу Серго или к королю, а я пока буду считать минуты до того момента, как кто-то из них поймет, что вы не та, за кого себя выдаете.

Глава 9

— Что? — горло перехватило.

Закатив глаза, Этен сел на край кровати и жестом предложил мне опуститься рядом.

— Леди Мария, я хочу вам помочь. Прежде чем ситуация станет непоправимой.

— Непоправимой?

— У вас речь образованной горожанки, а то и баронессы, но вы понятия не имеете, как вести себя в обществе, являетесь в замок без сопровождения и в мужском камзоле на голое тело. Вы удивились тому, как вас встретили, будто понятия не имеете, что за даром обладаете — высшим королевским благословением. Вы явно не девушка легкого поведения, как о вас болтают: ни одна из них не постеснялась бы раздеться при Брешке. Ну и, наконец, леди Мария. Чтобы не привлекать к себе внимания, вам стоило бы выбрать менее экзотическое имя.

Он серьезно? Несмотря на всю серьезность ситуации, мне стало смешно, и я фыркнула. Да куда менее экзотичное-то! Брови Этена взлетели вверх.

— Извините, — пробормотала я. — Просто… Нет, это сложно объяснить.

Несколько секунд Этен смотрел на меня нечитаемым взглядом, а затем сказал:

— Леди Мария, я врагу не пожелал бы перейти дорогу королю или Кроу. Я… знаю, о чем говорю, поверьте мне. А потому, если все это ошибка — я помогу вам, но если, — он нахмурился, — если вы нас всех обманываете, я должен буду доложить, мне придется, потому что…

— Не нужно! — воскликнула я и тут же прикусила изнутри щеку."

"Молодец, Маша, второй день подряд ляпаешь ерунду, не подумав. Впрочем, чему я удивляюсь? Все как обычно, просто раньше от моих слов немногое зависело. Что мне стоило сейчас промолчать и изобразить амнезию? Обморок? Или, на худой конец, припадок эпилепсии?

Теперь этот Этен точно знает, что со мной что-то нечисто, иначе я бы так не всполошилась. И что делать? Соврать? Но что? Я и так уже выдала себя с потрохами.

«Может, все-таки попробовать в эпилепсию? Зря ты что ли в драмкружке в школе занималась? Была лучшим деревом в третьем ряду», — авторитетно заявил внутренний голос, и я посоветовала ему заткнуться.

Этен смотрел на меня, спокойно и прямо, ожидая ответа, и я решилась. Мне нравился этот парень, я даже не могла бы сказать, почему. Было в нем что-то хорошее и надежное, какой-то стержень, который заставлял меня надеяться на то, что Этен — не из тех, кто может обмануть или подставить.

Или нет?

— Ладно, — тихо сказала я. — Этен, дело в том, что ты — моя галлюцинация.