Назад дороги нет, братцы. Они думают, окружили нас, дураки дурацкие. Смелые стоят, победить нацелились. Забыли, твари, что вокруг них — земля наша родная!

— РУ-У-УСЬ!!!

Рёв двух сотен гло́ток разлетелся надо льдом, взлетая на берега, поднимая встревоженных птиц в лесу справа. Из наших не двинулся никто. А вражьи рати начали мерным шагом двигаться навстречу друг другу. Сходясь к центру. Готовясь раздавить такой маленький по сравнению с ними отряд наглых русов.

Глава 7

Операция «Лужа». Развязка

— Хорошо идут! — с издёвкой похвалил окружавшую нас тьму врагов Рысь.

— Не говори-ка, — согласился Чародей.

— Лягут ровно, удобно. Главное, чтоб не побежали.

Наш отряд стоял кольцом, вокруг самой высокой точки ледяного холма. В центре князь с сотниками и Звоном, который, несмотря на старую травму, и в седле держался отлично, и двумя мечами на утренних разминках орудовал с пугающей сноровкой. Вокруг стояли тремя кругами нетопыри вперемежку с Яновыми. У тех, помимо привычных луков, были и обновки от Свена, самострелы. Не у всех из полусотни, но десятка полтора набралось, те «первые блины» тоже взяли, после того, как кузнец доработал их под обычную руку, а не лапы Ждановых.

И то ли фронтом, то ли тыловым заслоном — дождавшиеся наконец дела северяне. Они всё не могли понять, с какой стороны нашего кружка выстроиться, а оцепить его полностью не выходило. Поэтому столпились-построились с той стороны, где врагов было побольше, с той, откуда мы пришли. Там уже сошлись обе тысячных рати, меняя расстановку, готовясь не то ускоряться, не то просто охватить нас по флангам и смять.

Когда до ближних рядов пехоты оставалось примерно четыре перестрела, Буран вдруг качнулся влево, будто оступился, и Всеслав наклонился в седле, едва успев приметить, как мелькнуло что-то прямо перед лицом и звякнуло справа.

— Ты глянь, какой меткий, сука! — со злым удивлением бросил Гнат. Держа в руке меч, которым и отбил арбалетный болт, долетевший явно на излёте. — Янко!

— Уже-е, — протянул латгал после отчётливого щелчка мощной тетивы. — Не на-адо торопи-иться.

А в рядах противника послышались удивлённые возгласы. Там обступили кого-то, упавшего в середине строя, видно было плохо. А сочные, звонкие щелчки с нашей стороны начали звучать мерно, один за другим.

Видимо, стрелки́ выполняли приказ: «стрелять по готовности». А они, с их подготовкой и навыками, готовы были всегда. И к удивлению в голосах с той стороны начали добавляться злоба. И паника. То, что через триста метров, что отделяли их строй от нашего, что-то могло долететь в принципе — уже было чудом. А то, что это что-то успешно убивало их лучших стрелков-арбалетчиков одного за другим, не могло быть правдой. Но первые покойники с той стороны говорили об обратном. Вернее, молчали. Убедительно вполне.