— Мнения какие будут? — спросил Кольцов и обвел взглядом свою команду, а также Марту с Даниловым. — Что тут такое? Местная братва по пьяни веселилась? Или из сумасшедшего дома кто набежал?

Под его взглядом охрана постно опустила глаза и как будто сдала назад, к измазанным краской стенам, хоть и не двинулась с места.

Как же с ним жена живет, неожиданно подумала Марта, когда на него даже смотреть страшно? С ним же надо за одним столом сидеть. В постели лежать. Детей от него заводить.

Тимофей Ильич усмехнулся змеиной усмешкой, снял очки и стал их рассматривать.

— Почему один человек дежурил? Где его напарник? И что это вообще за лох, которому можно просто так по башке дать?! Это наша служба безопасности таких на работу берет?!

Главарь охранной банды моментально утратил свой начальственный вид и как-то даже в размерах уменьшился, и широкая кожаная спина стала не такой уж широкой и кожаной.

— Тех, которые не в личной охране, Владимир Алексеевич на учебную базу не отправляет…

— Плевать я хотел на базу! — монотонно сказал Кольцов, надел очки и снова посмотрел на свою свору. — Дудникова найти сейчас же. Покажу я ему учебную базу!.. Здесь все осмотреть, сделать как надо. Отпечатки, пальцы, следы — не мне вас учить. Охранника, как только придет в себя, допросить. Рабочих и… остальных, — короткий взгляд в сторону Данилова, — сюда не пускать. В милицию не сообщать. Сами разберемся.

— Подожди, Тим, — вдруг вступила жена олигарха, и все на нее оглянулись.

Она подошла, очень высокая, даже слишком, — может, от каблуков? — в норковой шубке и бриллиантовых серьгах, которые сверкали как-то сами по себе, независимо от серого бессолнечного ноябрьского света. Подошла и взяла своего мужа за руку.

— Вечно у тебя одно и то же, — сказала она ему сердито, — этих допросить, тех посадить, а Дудникову — выговор! Ты что, в самом деле думаешь, что весь этот… — она обвела глазами следы разрушений, — все это дерьмо имеет отношение к тебе?

Марта замерла, стиснув пальцами внутреннюю сторону кармана.

Боже мой!

С этим человеком нельзя так разговаривать! Его жена ошиблась. Она почему-то решила, что он нормальный, что он — как все, что он понимает человеческую речь, что его можно просто так брать за руку и даже не соглашаться с ним! Она посмела не согласиться с ним! С человеком, от одного взгляда которого толпа добрых молодцов — охранников дружно жалась к стене!

«Ну все, — подумала Марта, и ей вдруг стало холодно в теплом доме, — мы пропали. И эта высокая женщина пропала тоже».

Олигарх вздохнул так, что пальто на нем колыхнулось и пошло волнообразными складками, и за руку подтянул жену поближе к себе. Подтянув, он просунул ее руку себе под локоть, сложил ее пальцы в кулачок и накрыл кулачок своей ручищей.