Молчал как-то так, что становилось понятно, что он, Данилов, самодур и бурбон и привязался зря, просто от плохого настроения. В общем, так оно и было.

— Саш, я не знаю, говорила вам Таня или нет, но с этой недели мы работаем по субботам. Что вы делаете по субботам?

— Когда что, — ответил Саша осторожно, и Данилову не понравилась его осторожность, — по-разному.

— В прошлую субботу вы что делали?

— Я не помню, — выпалил Саша поспешно. Так поспешно, что Данилов не поверил тому, что он не помнит, и посмотрел на сотрудника поверх компьютера.

— У вас склероз? — осведомился Данилов.

— Да вроде нет…

— Тогда почему не помните?

— В субботу? — переспросил Саша. — В субботу выходной был, стало быть, я спал.

Ну да. Он тоже спал.

Саше Корчагину от роду было двадцать четыре года, и Данилову казалось, что он видит его насквозь.

— В одиночестве спали?

— Ну… да. А что? Что-то случилось, Андрей Михайлович?

Данилов понял, что теперь нужно отступить. Преимущество внезапности было использовано и упущено. Саша пришел в себя, и теперь заставить его ответить, где и с кем он спал, было невозможно. До этого момента он отвечал по инерции — раз начальник спрашивает, значит, ему нужно, а теперь сообразил, что вопросы эти ни к работе, ни, соответственно, к начальнику никакого отношения не имеют.

Как узнать, что делал Саша? Что на этот счет думают ловкие детективы из кино?

Данилов сидел, думал и листал свой блокнот с записями «вещественных доказательств и подозреваемых», когда позвонила Марта.

— Слушай, Данилов, — сказала она, как будто прикрывая трубку рукой, — я в метро купила книгу. Называется «Ваш ребенок». В метро вообще продается очень много ценных вещей.

— Нет.

— Пишут, что для того, чтобы ребенок не орал, его надо носить привязанным к себе и вообще не спускать с рук. Написано, что доктор Спок дурак, и по новой теории ребенок плакать не должен. Никогда. Слышишь?

— Да.

— Я не могу его носить привязанным к себе, — сказала Марта быстро, — я тогда ума лишусь. Я не трудящаяся женщина республики Бангладеш и не работаю на чайной плантации, а если я приду в офис с ребенком, привязанным к груди, начальник меня уволит.

Данилов молчал.

— Еще написано, что его нужно класть с собой в постель, а если вы хотите устроить романтический ужин, ребенка на время ужина можно привязать на спину матери. Написано, что он там уютно устроится, как в колыбели. А я придумала, что во время секса ребенка можно привязывать на спину отцу. Заодно он будет его укачивать. Ну как? Может, мне написать в издательство?"

"— Марта, — произнес Данилов голосом, скрученным в спираль, — через час я подъеду к твоему офису. Спускайся, нам надо поговорить.