"

"Князья с воеводами стояли с разными лицами над огромной прорубью, задумчиво глядя на неё с берега. Куда предварительно отогнали тех, кто мог самостоятельно перемещаться, пусть даже и ползком, а были и такие. Серо-зёленая, как глаза Чародея, но с каким-то синевато-чёрным отливом, вода Почайны плохо проглядывалась в этой здоровенной, почти от берега до берега, полынье. Мешало тусклое сырое ледяное крошево, льдины покрупнее, ну и рыба, само собой. Много рыбы.

— У меня есть ребята, что зимой под лёд ныряют. Но обычно после бани, или на спор, — проговорил задумчиво Святослав Черниговский.

— Да тут, наверное, если мы все до единого рубахи снимем да ими ловить начнём, дня на три работы, — неуверенно предположил Всеволод Переяславский, глядя на то, как один из бесстрашных воев начал медленно, с опаской собирать рыбу, что лежала на заснеженном льду ближе к нему. Складывая в кучку. Не подходя к краю полыньи.

— Погорячился дедушка, — согласился Всеслав, в который раз оглядывая реку.

Вот как чувствовали позавчера, что от взрыва лёд может провалиться не только над зарядом и вокруг него. Полдня запаренные мужики здоровыми пилами шуршали-свистели над рекой, вынимая крюками-баграми напиленные глыбы и оттаскивая наверх, на берег. Там из них, чтоб не пропадать добру, сложили потешную крепостицу для детворы, с горками и башенками. Ну, из тех, что не растащили по ледникам, здешним холодильникам, подвалам, плотно набитым льдом, кусками и крошевом, который, бывало, и до июля-липеня долёживал, а то и до серпеня-августа. Но это только на богатых подворьях, у тех, кто лёд солью пересыпа́л, серой, крупной, обычной. Дорого́й в этом времени.

Дорожка, вроде привычных мне в бассейнах далёкого будущего, отделила предполагаемое место преступления, то есть представления, от ожидаемого зрительного зала. Остановить публику на нужном расстоянии полагалось Всеславу лично, как звезде концерта, гвоздю программы, хоть Рысь и пыхтел, что можно было и поменьше фигуру на лёд посадить, не великого князя. Но кураж, охвативший, кажется, всех причастных к планируемому выступлению, победил.

Ледок намёрз на той дорожке уже к вечеру, за ночь окреп. Ходить по нему, конечно, нельзя было, но снег, наваливший на следующий день, он выдержал вполне. О том, что будет снегопад, предупредил Ставр.

— Откуда знаешь? — уточнил Всеслав. Мало ли, приметы какие-то незнакомые, или по полёту птиц определил?

— Ноги крутит, — нехотя отозвался безногий убийца.

Щиты, под которыми предстояло пару часов лежать в снегу на тулупах Гнатовым нетопырям, сделали быстро. Дольше было крепить к ним бортики, чтоб снег не ссыпался сразу весь, когда их поднимали или поворачивали.