Похвалившись, пообедав и выхлебав третью, будто сговорились они, кружку сбитеня, великан подозрительно огляделся и сунул руку за пазуху. Вынув два камушка. Два других камушка. И робко, закусив губу, начал толкать толстым мозолистым пальцем один к другому.

Когда дальний камень задрожал и напрыгнул на ближний, Всеслав не выдержал:

— Видал, чего делается?

Свен открыл было рот, чтобы, наверное, произнести то же самое, да так с открытым и застыл.

— Вар! — кликнул князь, и на пороге бесшумно распахнувшейся двери появился телохранитель.

Свен дёрнулся, как от кнута, и побледнел так, что очень насторожил меня с профессиональной точки зрения. Это же вредно для сосудов!

— Не вели казнить, княже! Не знал я, что чародейство это! Думал, наука, как ты учил! — задыхаясь, выпалил огромный северянин, явно пытаясь сползти под стол, чтоб встать на колени. Но фигура между лавкой и столешницей не пролезала.

— Наука и есть, физика та самая, — удивился Всеслав, и только потом понял, что вызов конвоя кузнец понял неправильно. — Вар, вели, чтоб Фому привели быстро. Пусть скажут: «с камнями хитрыми князь зовёт».

Ювелира доставили моментально.

— Фома, расскажи Свену, чего узнал давеча. Я заодно проверю, так ли запомнил, — велел Чародей."

"С четырьмя магнитами пошло́ веселее. Потом встречались уже при мотке тонкой медной проволоки, олове и куске канифоли. Говорю же, повезло с мастерами, один толковее другого был. Да ещё друг перед дружкой выпендриться был не прочь. Идеальные условия для развития науки и техники. В глухом зимнем диком краю, посреди Средневековья.

— Ну что, други! — гаркнул, привлекая внимание, Всеслав. — Рыбки мы наловили, дело за малым — домой дотащить. На вас вся надёжа, чудо-богатыри двужильные! Управитесь ли⁈

— ДА-А-А! — заорали Ждановы и Гнатовы так, что многострадальные, натерпевшиеся сегодня и так сверх меры вороны и галки снова взвились над деревьями.

А князь острым слухом расслышал чуть позади, со стороны дядьёв:

— Думаешь, и вправду двужильные? — негромко спросил брата Всеволод.

— Нет охоты проверять. На слово ему верю и тебе советую, — отозвался хмуро Святослав.

Когда поднимались к воротам, посольские то и дело озирались назад, где над берегом споро поднимались какие-то не то леса́, не то башенки. Слишком быстро, непривычно. Вот на них уже накинули толстые верёвки и потянули. И из ледяного крошева показались верхние подборы здоровенного невода. Черниговцы тоже были не дураки половить рыбки на Днепре, чуть выше по течению, и в сетях многие толк знали. Этим, пожалуй, можно было всю великую реку перегородить, если развернуть. Только сложен он был кульком, как верша или морда, привычная плетёная снасть, какие ставили под берегом или в ручьях. Намного меньше.