– Ты куда? – испуганно спросила я, смотря ему в спину, Ратмир не прокомментировал, открыл дверь ванной комнаты и зашел туда. Я попыталась сделать вдох, но ничего не получалось, воздух застрял в горле, мне просто нечем было дышать, я задыхалась от волнения, которое сдавливало грудную клетку похлеще корсета.

Ночь, которую мы так долго ждали, наконец-то наступила, а я ничего не понимала. Не имела понятия, что делать, что и как говорить, как действовать, боялась, что будет больно… Хотя ясно себе представляла тот физический акт, который случится, и даже однажды видела воочию, как Ратмир занимается сексом с другой.

Меня мгновенно передернуло от гадких воспоминаний. Ревность четким уколом пронзила сердце. Они с той девкой были похожи на двух диких животных, на самку и самца, которые совокуплялись в примитивном порыве, и она вела себя как шлюха.

Мне хотелось думать, что я такой не буду, что у нас всё будет красиво, нежно, страстно, медленно, чтобы я могла привыкнуть и не боялась, но что-то мне подсказывало, что Ратмир и медленно – это несовместимые понятия…

Он вернулся с ножницами в руках и приказал мне повернуться спиной.

– Что ты делаешь? – вскрикнула я. – Ты что, хочешь разрезать мой корсет?!"

"– А тебе что, нужно это платье? – загнул он бровь в ответ, жестом показывая, чтобы я снова повернулась спиной, дергая меня за веревки и уже надрезая одну. – Повторно тебе оно не понадобится. Муж у тебя будет только один, как и свадьба.

– Ратмир, так нельзя!

– Кто это сказал? – глухо рассмеялся он, вызывая во всем теле трепет. Его дикость, властность и пренебрежение к чужому мнению, как обычно, заводили меня. Нет, такого не приручишь, он будет делать всё что пожелает, и сейчас он хочет добраться до моего тела. Немедленно. Не размениваясь на сантименты и не тратя много времени.

Он несколько раз чикнул ножницами, и я ощутила освобождение, корсет больше не сдавливал мою грудь, подхватила руками лиф, который тут же опустился вперед, судорожно вдохнула, разворачиваясь к Ратмиру лицом.

Его глаза горели диким огнем похоти, казалось, он меня сейчас сожрет, но вместо страха я испытывала жаркий лихорадочный трепет, который забрался в самые укромные уголки моего тела, в животе затрепетали бабочки, бархатными крылышками задевая меня изнутри.

Страх исчез и сменился ожиданием. Я замерла, смотря на своего мужа и желая его дальнейших действий, он протянул ко мне пальцы и захватил края лифа, отодвинул мои руки в стороны и стал сдвигать его вниз, медленно снимая с меня ткань. Она скользила по телу, тихо шурша в тишине, был слышен лишь этот шелест и наше горячее дыхание, которое переплеталось в один звук.