Именно на этом я и хочу все закончить. Не поспоришь же, правильно? Поцелуй был. В губы. Все по-взрослому. Именно это и хочу ему заявить, как тут его рука оказывается в моих волосах. Пальцы сжимают их у корней. Взвизгиваю от возмущения, а Демьян именно этим и пользуется. Мои губы распахиваются и его язык проникает в рот. Опаляет диким жаром.

Мои ладони упираются в его плечи. Пытаюсь оттолкнуть. Но в какой-то момент сама того не замечаю, как позволяю ему больше. Как мой язык сплетается с его. Как легкие начинают гореть от нехватки кислорода.

Я не понимаю, что происходит.

Мне должно быть обидно, противно. Я должна биться в истерике и отталкивать его. А вместо этого… Ощущаю, как внутри все вспыхивает. Этот поцелуй не похож на мои поцелуи с парнями. Он другой. Более властный. Горячий. Жадный.

Суровый сам разрывает поцелуй. Совсем неожиданно. Когда я еще с закрытыми глазами готова ему отвечать."

"— На второй свиданке разрешу больше, — произносит издевательским тоном.

Я чувствую, как щеки заливает румянец. И в эту секунду слышу щелчок. Это он разблокировал дверцы. Я вылетаю из его машины пулей. Чувствую себя полнейшей идиоткой.

Как я могла настолько отпустить контроль? Ну, как?!

Глава 14.1

Смотрю на свое отражение в зеркале и провожу пальцами по губам. Странно, в зеркале ничего не видно. Совершенно. Мои губы все те же. Немного пухлые, розовые. Они у меня такие с рождения. У меня часто спрашивают свои или нет. Многие думают, что форму усовершенствовала, а кто-то думает, что сделала татуаж. Потому что оттенок необычный. Как будто помаду нанесла. Так вот, сейчас они выглядят, как всегда. Хотя… наверное и должны, целая ночь прошла. Да и поцелуй с Суровым… Он не был долгим или грубым.

Тогда почему губы как будто жжет? Ощущение, что они воспалены. И каждый раз, когда о мужчине вспоминаю, то жжет сильнее.

Резко отворачиваюсь от зеркала и начинаю злиться на себя саму. Какого черта я вообще об этом варваре думаю? Все, что связано с ним, не нормально. Я до сих пор себе не простила, что разрешила поцелую произойти, а не сбежала. Нужно было в окно. Или биться до последнего. А я как будто сдалась. И плевать, что выхода другого не было! Чувствую, как от негодования и злости мои щеки вспыхивают.

От мыслей отвлекает стук в дверь ванной комнаты.

— Алин, ты еще долго? — Дарьяна спрашивает тихонько. Стучится.

Я тут же бросаюсь к двери и щелкаю замком.

— Я уже все, заходи, малыш, — пропускаю сестренку в ванную комнату. Сама же иду на кухню, чтобы приготовить завтрак.

Сегодня много дел. Первым из них — это разобраться кто обижает мою сестру. На обещания Сурового я никак не повелась. Он все что угодно навешать на уши может, а разобраться с наглецом я смогу и сама. Припугнуть, к стене прижать. Я это все могу.