— Насколько я понимаю, ваше вторжение уже состоялось, о каком еще этапе вы толкуете?

— Захват Королевства — лишь первый шаг в куда более грандиозном замысле, ваше высочество. — Форнелла переступила с ноги на ногу, подавляя судорогу боли. — Местоположение этих земель как нельзя лучше подходит для достижения конечной цели.

Лирна почувствовала, что Ваэлин напрягся. Некоторое время он смотрел на женщину во все глаза, затем издал разочарованный вздох.

— Что с вами, милорд? — с беспокойством спросила Лирна.

— Прошу извинить меня, ваше высочество, — слабо улыбнулся он. — Просто… я очень устал.

И действительно, глаза у него покраснели, щеки запали, на лице лежала печать глубокой тоски. Она знала, что он совершил накануне, и со временем о его великом деянии должен был узнать весь мир. Но неужели совершенные в бою убийства легли таким тяжким бременем на его душу? Лирна всегда считала Ваэлина нечувствительным к переживаниям подобного рода, будь то чувство вины или отчаяние. Он никогда не был склонен корить себя за содеянное. Но теперь… «Что если он сделался обыкновенным человеком?»

— Хватит экивоков, — приказала она воларке. — Что это за цель?

— Альпиранская империя, ваше высочество, — с некоторым удивлением произнесла Форнелла, как если бы ответ был совершенно очевиден. — Ваше Королевство — прекрасный плацдарм для вторжения в империю. Следующим летом армия должна отбыть из здешних портов и высадиться на северном побережье Альпиры. Одновременно другая армия такой же численности атакует их южные границы. И вековая мечта воларского народа наконец-то осуществится. — Женщина едва заметно искривила губы в усмешке. — Прошу прощения, ваше высочество, но я должна сказать, что наше вторжение сюда — лишь дебютный ход в большой игре.

— Понятно, — задумчиво протянула Лирна. — В игре, которую закончу я, когда сожгу Воларию.

* * *Вечером во дворце было устроено некое подобие пиршества. Осада не затянулась, и в столице Кумбраэля оставалось немало припасов. Длинный парадный стол в главном зале был обильно заставлен едой и вином, которое оказалось на редкость неплохим.

— Оно из личных подвалов моего дяди, — пояснила Рива. — Правда, бóльшую часть я уже раздала горожанам.

Они стояли в саду, у открытого окна в зал. Илтис и Бентен отошли на дюжину шагов в сторону. Азраэлинка — судя по всему, советница покойного владыки фьефа, как, впрочем, и нынешней его правительницы, — стояла у окна внутри. Вся ее поза и выражение лица были подчеркнуто безразличными, однако она не сводила блестящих глаз с двух женщин.

— Госпожа не любит вино? — спросила Лирна правительницу, повернувшись спиной к испытующему взору советницы.

— Ой, просто терпеть не могу! — смущенно улыбнулась Рива.