Тома, покажи еще что-нибудь.

Тома многозначительно оттопыривает щеку языком, и модели прыскают, откидывают волосы, скользят ладонями по телам друг друга.

Я говорил, что обожаю свою работу? Уже полчаса, как я на коленях перемещаюсь по площадке с тяжелым фотоаппаратом в руках, не ощущая его веса и нытья этих самых коленей.

– Алёнка, повтори то, что только что сделала. Нет, это уже порно. Эротика, девочки, никакой пошлятины. Не переигрываем. Вы ж не в баре снимаете мальчиков, а делаете моду. Марина, займись сосками девчонок. Хей, где Марина? Ладно, сделаю сам. Не двигайтесь. Замрите вот так, да!

В помещении слишком тепло, чтобы модели долго выглядели хорошо. А так как наш стилист куда-то слиняла, приходится лично помогать… поддерживать форму. Я беру лед из вазочки, оборачиваю салфеткой, провожу круговыми движениями по груди Милы. Работу и личные отношения не смешивать просто во всех случаях, кроме тех, когда ты лично натираешь соски льдом сексапильной обнаженной девице.

– Ш-ш, – шипит она, смотрит в упор, кусает губы, отчего те краснеют, сияют.

Крайне соблазнительно делает это. Глаза на мгновение встречаются, через секунду зрительный контакт прерывается, оставляя после себя сотни мыслей.

Работа продолжается.

– А когда будут фотографии? – Мила топчется рядом, не отходит.

Остальные девочки умываются, одеваются. Она лишь накинула халатик.

– Как только обработаю.

Вот незадача, три часа пролетели незаметно, а впереди еще магазин и вечеринка родителей. Нужно поспешить.

– А сколько на это уходит времени обычно?

Она настойчива. Будь постарше, опытнее – уже поняла бы, что заинтересовала. Но в силу юности или слишком сильного желания понравиться, продолжает подавать сигналы. Один за другим. Еще немного, и радар начнет плавиться.

– Тебе, должно быть, холодно, – говорю, улыбаясь.

– Совсем немного. Не терпится первой увидеть, что получилось. Хотя бы одним глазком.

Почему бы и нет.

Я показываю несколько фотографий на экране фотоаппарата, приближая на каждом кадре лицо Милы.

– Неплохо получилось, кажется.

– Виктор Станиславович, что насчет фотосессии в следующую пятницу? – отвлекает меня Тома.

– А что будет в пятницу?

– Артём бронировал для своих.

– Хорошо, а при чем тут я?

– Ну, он в долг. Так и не оплатил.

– В долг пусть фотографирует в собственной квартире, – произношу резко, быстро, громко.

Народ вздрагивает, испуганно смотрит на меня. Тома довольно кивает:

– Какое замечательное решение. Наконец-то. Как же не терпится Артёму его озвучить. Пусть только позвонит. – Она потирает руки, не скрывая восторга.

Перед тем как отправиться на праздник, следует переодеться, сменить удобную одежду на парадную. Сегодня это белая рубашка навыпуск, черные брюки, синий длинный галстук.