Вера достаточно умная для того, чтобы с ней не скучно было коротать вечера, и вполне хозяйственная, чтобы не бояться, женившись, умереть от голода и задохнуться в пыли. Уникальное сочетание. Артём сказал, что в постели она бревно. Я снова морщусь, то ли от очередного головокружения, то ли от воспоминаний о словах брата. Не то чтобы у меня были когда-то длительные отношения, но полагаю, так не стоит говорить о женщине, с которой живешь.

Наконец все эти люди уходят, и я остаюсь один. Насладиться тишиной не выходит: я тут же засыпаю. А утром Арина с Верой и Алисой отвозят меня домой. Такой вот женский десант по спасению одинокого раненого пирата.

В моей квартире редко бывает столько женщин одновременно. Поймите меня правильно, время эротических экспериментов осталось в прошлом. Шучу. Конечно же, оно у меня впереди. Двадцать шесть, какие мои годы.

Пока я осторожно и медленно разуваюсь, снимаю куртку и аккуратно-незаметно запинываю трофейный лифчик Алисы за комод, его хозяйка сидит на диване с дикой счастливой улыбкой. Вера листает здоровенную пачку фотографий, забытых на столе. А Арина ходит вокруг, причитая:

– У тебя, как и всегда, пустой холодильник. Один увядший укроп!

– Это рукола.

– Вот что ты за человек-то такой? Ну как так можно? Ты хоть иногда в магазин ходишь? Когда снимешь этот дурацкий пиратский флаг со стены?

На этом моменте я ей отсалютовал безымянным пальцем.

– Как тебе не стыдно фотографировать всех этих голых девиц? – Арина поглядывает на фотографии из-за плеча Веры.

– Это искусство, сестра.

– Чужие сиськи-письки – это разврат."

"Дальше верхней одежды при других я не раздеваюсь, поэтому приходится залезть под одеяло прямо в рубашке и брюках со стрелками. Конечно, можно было взять одежду попроще из шкафа, пойти в ванную и там спокойно переодеться, но в данный момент это не кажется возможным, потому что при каждом резком движении меня тошнит, а показывать больничный завтрак всем этим милым дамам не хочется. Не настолько он был хорош, в общем-то.

– Я сбегаю за продуктами, – воодушевляется идеей Алиса.

Арина покровительственно ей кивает, разрешая. Как у сестры это получается? Она на всех действует подобным образом: заставляет ее слушаться.

– Пойду хоть кофе сварю, – с этими словами Арина покидает комнату, оставляя нас с Верой и эрофотографиями наедине.

Невеста Артёма, видимо, ухода подруги даже не заметила. Рассматривает мои работы с интересом, я бы даже сказал: жадно.

– А эту я видела в В соцсетях! – вдруг радостно восклицает Вера. – Она повсюду, во всех постах про нежность и любовь. Не знала, что это ты снимал.

Я пожимаю плечами. Как-то неуютно находиться с ней наедине.