— Весь день, пока я моталась насчёт диплома, ты не ела? — спросила она.

— Нет. Не хочу, — снова ответила я.

— А голову когда последний раз мыла?

— В прошлом году.

— Очень остроумно, — фыркнула подруга и развернула меня к себе. — Катя, блин! Прекрати так гробить себя. Он того не стоит. Я знаю, что сейчас ты меня не услышишь, но постарайся взять себя в руки ради себя. Тебе скоро за дипломом ехать, на работу надо устраиваться. Вот чем ты будешь за квартиру платить?

— Не знаю… — прошелестела я.

Действительно — чем? За неё платил Рома.

— Придётся выселить жильцов и жить в квартире у бабушки, — ответила я, немного подумав.

— И жить в таком отдаленном районе? Там нет работы, — напомнила Даша, которая и сама переехала оттуда ближе к центру.

— Это да.

— Тогда надо брать себя в руки, милая, — говорила она мне. — Ты себе так здоровье совсем подорвёшь. Знаешь, людям можно отомстить хорошим настроением и улыбкой. Пусть не думает, что ты по нему страдаешь. Занимайся делами, ищи работу, и всё наладится. Сам дурак, что такую птичку упустил. Значит, так. Я сейчас сварю супчик. А ты пока пойдешь в душ. Надо освежиться.

Давай-давай.

Спорить я с ней не стала. Пошлепала грустно в душ и точно так же грустно, но всё-таки помылась. Грустно завернулась в халат и пошла в кухню после водных процедур.

Когда дошла, подняла голову и спросила:

— А какое сегодня число?

— Девятнадцатое, — ответила Дарья, у которой на плите вовсю кипел суп, а она над ним колдовала.

— Завтра у Ромы вручение диплома, — пробормотала я. — И день рождения…

— Да? — обернулась на меня Даша и окинула меня подозрительным взглядом. — И что ты задумала?

— Я пойду к университету, — ответила я.

 — Поздравлю его, подарю всё-таки свой подарок… Ребята делали же, старались. Может быть, нам удастся поговорить там?

Я с надеждой смотрела на подругу, словно от неё зависело сейчас, станет со мной говорить Рома или нет.

— Кать, — вздохнула она. — Ты почти неделю лежала кулем на кровати и рыдала. Ты уверена, что стоит идти туда? Ты уверена, что тебе не станет хуже от этой встречи? Может быть, лучше я съезжу? Передам сама подарок, поздравлю от тебя, спрошу, может, он соизволит с тобой поговорить хотя бы. У меня как раз свободный день завтра.

— Нет, — категорично отказалась я.

 — Поеду сама.

— А если он не станет говорить с тобой? — спросила Даша. — Ты понимаешь, что это только добавит тебе стресса ещё?

— Я должна попытаться, Даш, — села я на кухонный стул и закрыла лицо руками. — То, что я ничего не понимаю: что случилось, почему он ушел, в чем моя вина и как это можно исправить — меня душит и не даёт жить дальше. Возможно, он хотя бы объяснит мне, в чём я перед ним провинилась, что Рома меня так казнит без шанса сказать и слово, без шанса на помилование.