Очень медленно, почти лениво взгляд Дагервуда скользнул от моих ступней, обутых в туфли на высоком каблуке, до колен и поднялся выше, туда, где темнела юбочка. Этот предмет туалета утром вызвал у меня дикий вопль негодования, потому что кусочек зеленой ткани в складочку начинался ниже пупка и был не более тридцати сантиметров длиной. Спереди он едва прикрывал трусики, а спиной я вообще боялась поворачиваться. Верх моего туалета выглядел не лучше – тонкий и невесомый кусочек белого шелка на двух узких лямочках.

В общем, полный кошмар для социопатки вроде меня.

Я никогда в жизни не надела бы ничего подобного!

И вот это, вернее, меня в ЭТОМ, Дагервуд сейчас рассматривал, откинувшись на спинку своего дорогого кресла.

Снизу – вверх. И сверху – вниз. И снова…

Кофе подпрыгнул в чашечке и выплеснулся на поднос и ковер.

– Да чтоб вас! – выругалась я.

– Вам стоит быть осторожнее в словах, Виктория. – Тягучей патокой его голоса можно заманивать жертв в темный переулок, чтобы убить. – Особенно, если вы не знаете их значения.

Я замерла, плюнув на разлитый кофе. Потом вспомнила, в каком я виде, и снова вспыхнула.

– Что это такое? – я гневно указала на свою юбку. – Вы издеваетесь? На мою пижаму ушло больше ткани, чем на это!

– Я выполняю вашу просьбу, – холодно ответил Дагервуд.

– Мою просьбу? Я не просила нарядить меня как… как… как эту вашу лейду!

– Вам нужно выйти из зоны комфорта, – с изрядной долей отвращения произнес мужчина. Сейчас в его взгляде не было ни капли того чувства, что я увидела, когда он меня рассматривал. – Вы залезли в нору из убогих тряпок и боитесь высунуть нос наружу.

Так вы никогда не избавитесь от своих страхов. Так что развернитесь и принесите мне еще один кофе, Виктория. И поторопитесь, у меня нет времени, чтобы тратить его на вас.

Я снова скрипнула зубами и ушла. Вернее, попятилась спиной к двери, все еще не рискуя поворачиваться… тыльной стороной. «Вы сидите в своей норе и боитесь высунуться? Так?» Злость заставила меня тряхнуть головой, выпрямить спину, резко развернуться на этих проклятых каблуках и гордо прошагать до двери. И пусть эта ужасная юбка заканчивалась как раз посередине моих ягодиц, черт с ней! И с ним – с Дагервудом.

В коридоре мой запал закончился, и начало потряхивать от пережитого стресса. Отчаянно хотелось спрятаться, завернуться в какую-нибудь штору, залезть в темный угол или сделать еще что-то подобное. От ощущения голой открытой кожи меня тошнило, накатывала паника. Слишком открыта. Слишком уязвима. Слишком… на виду. К счастью, мне никто не встретился, кроме седовласого дворецкого с уже готовым кофе.

– Спасибо, – дрожащим голосом сказала я.