– Вы этого не сделаете!

– Хотите проверить?

Я застыла, глядя в его жесткое лицо. Сделает. Именно так, как сказал.

– Вы понимаете, что в этом платье я буду чувствовать себя практически голой? – процедила сквозь зубы. – Любое прикосновение может отправить меня во тьму. Мне нужна одежда, чтобы защититься!

– Никто не тронет вас.

– С чего вы взяли?

– Вы идете со мной, – с непрошибаемой уверенностью бросил Дагервуд. – У вас десять минут. И обуйте туфли на каблуке.

Дверь бесшумно закрылась за ним, а я подумала: не швырнуть ли в нее чем-нибудь тяжелым? Да вот только вряд ли это поможет.

И как ни печально, выхода тоже не было, придется влезть в то, что с большой натяжкой можно назвать платьем.

Через пять минут я хмуро пыталась опустить кружевной подол хоть немного ниже, чем он был. Конечно, мне это не удалось. Зато обуяла какая-то странная злость – и на Дагервуда, с его приказами, и на Рика, что бросил меня здесь, и на себя – прячущуюся от всего и всех. Я тряхнула головой, стянула с хвоста резинку и слегка намочила волосы, чтобы они завились крупными локонами. Влезла в туфли на шпильке. Подумала, что я непременно свалюсь где-нибудь, расшибу себе нос и опозорюсь.

Но, сожри меня тьма, если я позволю Дагервуду снова посмотреть на меня с этой презрительно-снисходительной усмешкой! Хочет, чтобы я шла в этом ужасающем платье, пойду! Да так, что он проглотит все свои насмешки!

Высоко задрав подбородок, я покинула свою комнату и направилась к лестнице. Я была ежеминутно готова к тому, что зацеплюсь носком этих ужасно красивых и не предназначенных для движения туфель за ступеньку и бесславно свалюсь прямо к ногам Дагервуда, что стоял внизу и разговаривал по телефону.

"

"Но видимо, злость – это неплохой двигатель и катализатор скрытых возможностей, потому что я так и не свалилась, а вполне успешно дошла до холла. Правда, чуть не повернула обратно, когда Дагервуд, привлеченный стуком моих каблуков, поднял голову. Он все еще держал сотовый возле уха. Но оборвал разговор на полуслове, когда я начала свой спуск в ад. То есть – к нему. Я шла, он смотрел. С каждым шагом мне все больше казалось, что воздух становится густым и плотным, что в нем проскакивают электрические разряды, обжигающие губы и кожу. Дагервуд просто смотрел, а мне хотелось сделать глубокий вздох, облизать губы и откинуть волосы, обнажая и без того оголенные плечи.

Его взгляд стал темным. Я уже видела такое, светлые радужки и совершенно темный взгляд, с бездной внутри. Я не отважилась бы в нее заглянуть.

Последняя ступенька осталась позади, а Дагервуд очутился совсем рядом. Молча накинул мне на плечи белую песцовую пелерину и отвернулся. На этот раз он ничего не сказал по поводу моего вида, и я не стала уточнять. Похоже, я все-таки попала в первую категорию.