Одета она была в какой-то бесформенный балахон, скрывавшее большие, ритмично подпрыгивающие сейчас груди, которое было просто задрано вверх ровно настолько, чтобы позволить ей оседлать меня и совершить соитие, которое, видимо длилось уже некоторое время…

Первая меня реакция удивила меня самого. «Мне нельзя! Я женат!!!» Надо же! Откуда я это знаю? Гхм! Да я понятия не имел, когда и с кем я занимался сексом в последний раз! Хотя, я точно помнил, что поза «женщина сверху» использовалась мной исключительно в состоянии тяжелейшего алкогольного опьянения, в ином случае, я никогда не позволял женщинам забираться сверху. Считайте это моей блажью, но как есть!

Еще и моя партнерша была явно не в моём вкусе. Из моих сексуальных предпочтений у неё соответствовал только размер, сейчас не видимой под грязной тряпкой, груди. Так-то я всегда предпочитал… хмм… забыл! Но, точно, не таких!

Сейчас я не был пьян и был раздражен, поэтому инстинкты сработали сами по себе.

— Ну-ка, брысь! — скомандовал я, рывком садясь, схватив руками женщину за талию и ловко ссаживая её с себя. Что-то, хотевшее быть кроватью, но скорее топчаном собранным из «говна и палок», выполнявшим сегодня функцию нашего ложа любви оказался слишком узким и я, невольно «ссадил» партнёршу на пол с высоты около метра. Невежливо, согласен, но настало время разобраться в окружающей странной действительности.

Я хотел было извиниться за свою неловкость, но моё внимание привлекли мои руки. Нет, моё внимание привлекли «не мои» руки!

Я помнил, что у меня были немаленькие ладони, но сейчас они были явно шире, кожа на них была грубее, а пальцы заканчивались обгрызенными ногтями с въевшейся под ними грязью. Сама кожа была на ощупь плотнее и грубее, сильно загоревшая, хоть загар и имел какой-то фиолетовый оттенок.

Мощные мышцы на руках и ногах дополняли картину, проведя рукой по голому животу я почувствовал под пальцами кубики пресса, такой твёрдости, какой не было у меня в мои лучшие годы, которые я тоже не помнил, а мой, уже слега опавший «младшенький»… гхм… определённо внушал! И это было последней каплей! Этот член точно не мой!!!"

"Девушка на полу, видимо, отошла от шока и тут же открыла рот. Голос у неё был громкий и пронзительный. Она заорала так, что я невольно поморщился.

— Ах ты тупой урод! Ты что себе позволяешь?! Я еще не кончила!!!

Я удивлённо перевёл взгляд на вопящую бабу. А она, оказывается, не только страшная, но и истеричная! Если первое я еще мог ей простить, ведь «некрасивых женщин не бывает…», то вот второе уже перебор. Никогда не понимал так называемых «стерв», от которых мужики теряли разум, а с ним честь и достоинство.

— Рот закрыла, овца! — рявкнул я.