Хотя, время уже было вечернее, Катя помчалась в больницу. Отправила Николая Ивановича домой.

– Катя, тебе же завтра на работу! – сопротивлялся ещё не старый мужчина с проседью в коротко стриженых волосах.

– Ничего-ничего, поезжай! – протараторила она, выпроваживая отца."

"Тот подчинился. Дрожащими руками она распечатала коробку, в которой стройными рядами стояли ампулы, разделённые перегородками из мягкого картона. Обычные ампулы с совершенно прозрачной жидкостью. Она надломила одну из них, набрала содержимое. В этот момент в коридоре раздались шаги. Она успела бросить распечатанную коробку в сумочку, руку со шприцем пришлось завести за спину. Вошла медсестра с капельницей, поздоровалась. Мельком взглянула на монитор, бегло осмотрела мальчика. Так же быстро и ловко поставила новую капельницу. Катя напряжённо следила за ней, выжидая, когда же та уйдёт.

– Минут через двадцать приду кормить, – сказала девушка.

– Хорошо, – с напускным равнодушием ответила Катя.

Только, когда медсестра вышла, Катя почувствовала, как бешено колотится её сердце. Секунда – и содержимое шприца оказалось в зонде.

На этот раз Игорь побыл в сознании чуть дольше, чем доставил безумную радость матери и внезапно вошедшему доктору.

– Поздравляю с возвращением к нам! – весело сказал доктор Игорю, – Всё-таки новая схема лечения пошла тебе на пользу.

Катя усмехнулась. Обрадованный доктор тут же позвал медсестру. Они радовались, как дети, не зная, что стало истинной причиной этого пробуждения.

– Ну, Игорёк, скажи нам что-нибудь! – весело проговорил доктор.

Игорь перевёл на него взгляд, затем личико парня исказила гримаса.

– Спасите меня! – прошептал мальчик и снова закрыл глаза.

– Ничего-ничего, – затараторил доктор.

Было видно, что он не ожидал такого исхода, но изо всех сил делал вид, что всё так и должно быть. Медсестра тоже ещё не отошла от эйфории. Они смотрели на мальчика, не замечая, как Катины глаза, раскрытые от ужаса, наполняются слезами. Выбежав в коридор, она позволила себе разреветься. Стало чуть легче. Набрала Антона.

– Антон, это он! Он! Охранник! – выпалила она в трубку.

– Кто – он? Родная, я не понимаю.

– Он, их главный, полковник! Это он всё подстроил с Игорем!

– Не говори ерунды, – как можно более спокойно сказал Антон, – Периметр разрушен, они все получили покой. Скажи, Игорёк пришёл в себя?

– Да, но он сказал: «Спасите меня», – Катя снова разрыдалась.

– Котёнок, он просто бредил. В таком состоянии можно сказать всё, что угодно.

– Нет, я мать, в конце концов. Игорёк действительно чего-то боится. Толстяк приходит к нему во снах – ведь он уже был в его теле.