— Теперь она наша!

Фил издал ликующий возглас и с видом победителя замахнулся на Калки копьем. Целил он, к слову, прямо лоб «богине».

— Осторожней! — предупредила я. — Не повреди. Она не опасна и еще пригодится нам. Как и всем жителям Капулы.

Чтобы ни говорили мужчины, но у женщин в голове есть не только веревочка, скрепляющая уши. А Калки все же баба, хоть и медная (или что там за сплав использовали предки варваров). И в голове у нее содержится вполне себе нужная «начинка».

Фил поубавил воинственности и, подозрительно косясь на Калки, поскакал рядом. До самой стены он не произнес ни слова. Когда же увидел своды купола — пришел в ужас. Как и я в первый раз.

— Не верь своим глазам, — предупредила я. — Это все обман. Жрецы не ремонтировали купол. Они нанесли на прозрачные стены сохранившиеся с прежних времен фотографии.

Говорила я уверенно, а внутренне дрожала от страха. Что, если ошиблась. Но отступать было некуда. За нами Капула.

Повинуясь движению рычага, перепончатая лапа Калки легла на перекрытие. Набор нужных команд — и на овальном мониторе перед моими глазами стали появляться считанные данные. Все показатели в норме. Мир за пределами купола жив. Богиня не может ошибаться.

Я переместила ладонь на другой рычаг. Сжала его так, что побелели костяшки пальцев. Зажмурилась и сцепила зубы.

Пока глаза боялись, руки делали. Послушная Калки согнулась, и из ее «короны» посыпались искры. Вслед за ними вырвался луч лазера и прожег давно устаревший купол насквозь. Вращая приплюснутой головой, «богиня» открыла окно в Аланту. Именно так звался мир, в который я так удачно попала.

Лазер затих, но мне никак не удавалось взять себя в руки и посмотреть на то, что натворила. И только радостный возглас Фила вырвал меня из глубин самобичеваний.

— Красавица, ты была права! — орал он во всю глотку. — Мир жив. И он чудесен!

Я открыла глаза и увидела, как по зеленой траве скачет Унитазик, пытаясь поймать удивленных его появлением бабочек. Абсолютно нормальных бабочек: правильного размера и формы.

Я обвела глазами поляну и возликовала. Никаких тебе соснодубов и лопушариков. Одуванчики — они в точности такие, какими должны быть. И березы. И щебечущие в их ветвях соловьи. И олень, бесстрашно щипавший нежно-зеленую осоку. И водопад, шумевший невдалеке.

— Идем, — смахивая слезы счастья, позвала я Фила. — Мы еще успеем насладиться всем этим. Но вначале нужно призвать к ответу жрецов. Кончилась их власть.

Эти белобрысые красавцы слишком долго обманывали доверчивых варваров. Пусть попробуют отбрехаться теперь, перед лицом Калки.

— Эге-ге-гей, залетная! — «пришпорила» я «богиню». — Давай-ка, мы с тобой пошалим.