Один уносится докладывать, что генерал проснулся. Я вижу Ревекку в лёгком крестьянском платье, немного испачканном кровью, чёрная пантера в обличии человека уже какое — то время дожидается меня у костра с солдатами. Мои боевые самки быстро обмениваются приветливыми кивками. Взаимное уважение женщин, как это греет сердце.

Суккубка уходит, передавая меня во внимание оборотня.

— Что с раненными? — Спрашиваю сходу.

— Мы справляемся хорошо, госпожа Райна с шестью лекарями из Леванта очень нам помогают. Ещё сюда прибыли шестнадцать боевых адептов, тоже из Леванта.

Но это уже не мои вопросы, — докладывает Ревекка.

— Отличная новость, — потираю ладоши.

Не думал, что король позволит забрать дворцовых магов. Похоже, Гунуа и не спрашивал. Если Райна согласится, функции главы госпиталя я передам ей, освободив от лишних забот Ревекку.

Глава разведки кивает на стойло, где привязаны две огромные молчаливые чёрные лошади с красными глазищами, от которых шарахаются солдаты. Каким — то чудом воинам удалось угнать из ущелья таких аж полсотни. Дотащить насильно буксиром, оседлать, или сами увязались, не знаю.

Лошади всадников Боргула уже без брони не такие уж и страшные. Главное, чтоб не кусались."

"— Зачем они тебе понадобились? — Интересуется Ревекка настороженно.

— Лучше не спрашивай, — говорю уже жёстко и иду к ним.

Я угробил уже достаточно своих лошадей, чтобы пополнять Камни и заряжать браслет огневика. Пора попробовать на этих. Животных жалко всегда, но соратники, которых я могу спасти своей магией, важнее.

В среднем мне хватало одной лошади на Камень Дракона. Но у одержимой оказалось на порядок больше жизненных сил.

Когда коснулся ладонями неестественно горячей шеи с двух сторон, тварь даже не дрогнула. Энергия пошла через пальцы, наполняя внешний резерв сперва медленно, но вскоре уже стремительными потоками.

Спустя минуту, когда обычная лошадь уже валится без сил, эта ещё стоит. Только глаза начинают понемногу тускнеть. На третьей минуте тварь валится, как подкошенная замертво, ломая оградку стойла и поднимая пыль.

Другую выпиваю с таким же цинизмом, заряжая ещё и браслет огневика. Вторая не дохнет, опустившись на коленки ещё пытается встать обратно.

Больше всего больно от этой ситуации, когда я вижу, что безвинная тварь мучается. Эти молчат и даже не рыпаются, но мучения их я чувствую кожей.

Ревекка в ужасе, она такого ещё не видела. Да и я старался заниматься таким подальше от всех глаз. Теперь плевать. Это война.

Лошадей грузят на телеги и укатывают, чтобы свалить в карьер. Ревекка всё никак не уходит от меня, смотрит буквально в рот. Видимо, требует объяснений. Но я отправляю её заниматься своими делами, пока ещё есть время.