То, без чего невозможно жить, — глотаю воздух, пытаясь отдышаться, но открыть глаза и посмотреть на Аниту по-прежнему боюсь. — Я очень не хотел, чтобы Север узнал, что мы вместе, но так вышло, что я подставился, и мне выдвинули ультиматум — либо я похищаю тебя лайтово, либо они, но жестко. И не было выбора. Ну не мог я рассказать все тебе и твоему брату, я и так сделал все, что было возможно. И Давиду я позвонил, рискуя собой и матерью… Я, наверное, виноват, определенно виноват… в том, что не рассказал тебе правду, не объяснил все изначально… Идиот, глупо полагал, что справлюсь сам. Твой брат знает правду и может подтвердить…

Выдыхаю, больше не в силах произнести и слова. Дышу… дышу вновь, зажмуривая глаза. Вот он я, весь перед тобой, малышка, вывернулся наизнанку, прими меня такого как есть, я ведь не смогу существовать без тебя. Я чертов эгоист, мне нужно все до последней капли.

Слышу шорох, чувствую ее движение, а потом сердце просто разрывается, когда Анита ложится на мою грудь, обвивает руками, и так тепло становится, хорошо, умиротворенно и одновременно хочется кричать от счастья. Какое-то время просто чувствую этот момент, а потом зарываюсь в шелковые волосы, утыкаюсь в них лицом и дышу уже полной грудью.

— Прости меня, моя сладкая, — шепчу дрожащим голосом, поднимаю ее голову, дотягиваюсь до пухлых губ и пью мою любовь, а потом отдаю ей свою. Целую. Целую, то нежно лаская, то терзая ее губы, ловя рваные вдохи. Замираю, глотая ее дыхание, а потом ее начинает трясти, и я чувствую соленый привкус на губах, отстраняю Аниту от себя и вижу глаза полные слез.

— Ну нет, не плачь, моя сладкая, — стираю большими пальцами кристально чистые слезинки, а потом собираю их губами, зацеловывая глаза, водя по дрожащим ресницам.

— Ты тоже плачешь, а мне нельзя? — улыбается сквозь слезы и прикасается теплыми пальчиками к моим щекам, и я только сейчас замечаю, что мои щеки мокрые. Не заметил, как отпустил эмоции настолько, что все вылилось наружу.

— Мне так тебя не хватало… нам не хватало. Я умирала от тоски… Я… и ты тогда… — пытается что-то сказать, но постоянно всхлипывает, гладя мое лицо пальчиками. Ловлю ее руки, целую нежные пальчики. Веду вниз по телу и замираю над животом, боясь прикоснуться к маленькому чуду. — Я люблю тебя. Мой любимый, — шепчет моя девочка. У нас будет мальчик, я еще не придумала ему имя. Наверное, ждала тебя.

Улыбается, утирая слезы, и вновь прижимается ко мне. А меня трясет от эмоций. Никогда не испытывал такого восторга и всепоглощающего счастья. Ничего больше в жизни не нужно, кроме ее любви и нашего сына. Сын! У меня будет сын! Часть меня и Аниты!

— Тихо… — прикладываю палец к ее губам, и все же накрываю ладонями живот, аккуратно, невесомо глажу его и не дышу.