— Нет, не так! Встань-ка… — Повернув Олю к себе задом и заставив наклониться, учитель откидывает на спину пальто и платье, задирает повыше майку, потом, отойдя на два шага, любуется открывшимся зрелищем."

"Она стоит, уперев руки в кровать, чуть раздвинув свои длинные стройные ножки, а вверху виднеется немного приоткрытый бутончик писи. Игорь Сергеевич возвращается, встает на колени перед этим алтарем любви и гладит руками, целует ляжки, попочку, уютные подколенные впадинки. Склоняясь еще ниже, целует икры — до самых сапожек. Потом осторожно раздвигает булочки ягодиц и кончиком языка трогает, щекочет коричневато-розовую звездочку ануса. Продолжая растягивать попочку, он большими пальцами приоткрывает шире писю девочки и нежно-нежно, как и полагается целовать маленьких девочек в губы, целует эти другие, не менее чудесные губки. Вобрав в рот нежный' сочный бугорок, учитель поглаживает ножки девочки снизу до верху и сосет, сосет из нее сладкий сок налетающего желания. Плоть мужчины возбуждена и тверда как камень, она туго и скользко входит в расцелованное детское лоно. Оля сладко ахает, выгибается и начинает двигаться писькой навстречу дяде Игорю: через несколько минут, в ее маленькую маточку устремляется густой поток семени. Она слышит эти судорожные толчки своим нутром и тут же начинает кончать сама, ритмично тиская своей, бьющейся в оргазме писечкой уже лишившийся прочности, слегка поддающийся этим нажатиям член. Они разделяются. Из писи по ножкам девочки стекает их влага. Олечка ослаблено падает на постель. Ей жарко. Пальчики дергают пуговицы, тянут шарф. Он помогает освободиться от пальто, платья, сдергивает маечку, прижимает влажно горячее тельце к кровати и в упоении целует болезненные нарывы едва припухших грудок.

Игорь Сергеевич не может насытиться своей любимой ученицей! Облизав ее ножки, по-прежнему обутые, высосав из писи весь сок, он снова вонзается в едва остывшее лоно…

Когда волна страсти откатилась, оставив на смятой постели их слившиеся в объятии тела, гладя волосы и целуя влажное, бледное, прохладное личико, Игорь Сергеевич прошептал:

— Оленька, милая, я так хочу, чтобы ты родила от меня ребеночка… Девочку. Крохотную такую малышку, похожую на тебя… Когда она чуток подрастет, я буду ее по-маленьку сношать…

Она в ответ ткнулась носом ему в шею и крепенько прижалась, обнимая и закидывая ножку на бедро, чтобы притиснуться влажной горячей ранкой писи к ноге мужчины.

Так, не выпуская друг друга из тесного плена, они и засыпают, утомленные, счастливые — пожилой, седой мужчина и юная хрупкая девочка, соединенные мудрым капризом великой любви.

Все, задуманное двумя мужчинами, удалось самым лучшим образом. В понедельник.