Исполнителей потом с почетом провожали либо на пенсию, либо переводили на другую службу, а Степан Иванович спокойно работал долгие годы, его очень ценили, часто награждали премиями… Вот Вера и перепутала, не разобралась в ведомостях! Приговор над ее родителями был приведен в исполнение 25 января, этим же числом Подуйветер получил денежное поощрение… Карапетова не профессиональный детектив, а озлобленная баба, к тому же она всю жизнь завидовала Лике, считала ту безалаберной лентяйкой, не по заслугам получившей отличную работу… У Веры не имелось и тени сомнений – Степан Иванович, вот кто главный злодей!

– Но она ошиблась, – прошептала Оксана, – это ужасно, это страшно, это просто невозможно!

Вновь повисла тишина, напряженная, давящая.

– Зависть, наложенная на злобу, равна катастрофе, – неожиданно сказал Дегтярев.

Эпилог

Вера Карапетова оказалась в тюрьме вместо Лики, Лев Николаевич тоже был помещен в СИЗО. Следствие в самом разгаре. Карапетова и Воротников изо всех сил топят друг друга. Мне жаль Веру, судьба обошлась с ней жестоко – лишила родителей, счастливой юности, но… но при чем тут Лика? Какое право Карапетова и Воротников имели на месть? Ведь с какой стороны ни посмотри, их отцы нарушили существовавшие тогда законы и были преступниками. Я понимаю, что душу Веры и Льва Николаевича жгла злоба, но оправдать не могу. В этом деле есть еще две жертвы: Ася и Настя. Глупые, жадные, готовые на все из-за денег, маленькие дурочки, они погибли пешками в чужой игре. Кто разрешил Карапетовой и Воротникову распоряжаться их жизнями?

На письмо – огромное послание, которое пришло из СИЗО от Карапетовой, – я отвечать не стала, честно говоря, отправила его, не читая, в помойку. Может, поступила неправильно, но так уж вышло. Руки сами собой разорвали конверт вместе с содержимым, а когда я опомнилась, было поздно, пол усеяли мелкие обрывки. Надеюсь, Карапетова и Воротников получат большой срок, Дима Кулак немало способствовал этому своими показаниями.

В остальном же у нас все по-прежнему. Заюшка худеет, Дегтярев начал бегать вокруг дома в надежде потерять лишние килограммы, по-моему, зряшное занятие, потому что после часа бега Александр Михайлович отправляется в гостиную и с чистой совестью выпивает парочку бутылок пива.

– Ерунда эта физкультура, – сказал он, встав вчера на весы, – стараюсь-стараюсь, а толку нет! Даже прибавил полкило.

Я хотела было заметить: «Тебе следует навсегда забыть про пиво», но прикусила язык. В конце концов, какие такие радости у бедного полковника? Маруська упорно готовится к поступлению в академию, Кеша целыми днями пропадает на работе, Анька и Ванька шкодничают. Собаки спят в пледах, кошки жмутся к камину, в город вот-вот придет настоящая зима. Я читаю детективы.