– Меня?!

– Ну, всех тут…

Старушонка хмыкнула:

– Во сказала! Здеся одни обиральщики, только и норовят чего отнять!

Поняв, что от этой старухи ничего не добиться, я обратилась к следующей и вновь натолкнулась на полнейшее нежелание рассказывать что-нибудь о юноше. Обойдя строй бабусек, я подалась к входу в метро, наткнулась там на смуглую женщину неопределенных лет, замотанную в цветастые тряпки, и попросила:

– Помогите найти Диму по кличке Кулак, он тут за порядком следит.

Беженка втянула голову в плечи и пробормотала что-то непонятное.

– Простите, не расслышала.

Женщина подняла на меня темные глаза.

– Русский нет. Моя не знай. Дай денег, ребенок болен. – Последняя фраза была произнесена чисто, без акцента.

Постояв в растерянности, я прошла к остановке такси, повертела головой в разные стороны, увидела стайку беспризорников и подошла к ним.

– Ребята, где Павлуха?

– Лилипут, что ли? – хрипло спросил паренек в грязной полосатой шапке.

– Да, – обрадовалась я, – маленький такой.

– Ты его знаешь? – протянул мальчишка.

– Очень даже хорошо. Он тут неподалеку живет, с отцом-алкоголиком, и Лену видела, его… э… девушку.

– Ленки тут больше нет, – шмыгнула носом девочка, одетая в рваное, некогда бежевое пальто, – куда подевалась, не знаем.

– Мне она не нужна. Павлуха требуется.

– Ищи себе дальше, – сплюнул паренек в шапке и отвернулся.

– Где? – настаивала я.

– А зачем он тебе?

– Хотела дать ему заработать!

Мальчишка окинул меня быстрым глазом, на лице его появилась гадкая усмешка.

– Не по адресу явилась, ступай вон туда, где зеленый забор.

– Павлуха там?

– Найдешь нужное, – нехотя проронил мальчик.

Я обрадовалась и побежала в указанном направлении. Возле заборчика прохаживался парень лет двадцати пяти, похожий на полено, обряженное в кожаную куртку.

– Простите, где я могу найти Павлика?

Юноша общупал меня цепким взглядом.

– Павлика, говоришь?

– Да.

– Пошли.

Мы пролезли через дырку в заборе и оказались возле палатки, торговавшей шашлыками.

– Ахмед, – крикнул мой провожатый, – Павлика хотят!

Дверь распахнулась, появился мужчина с ярко выраженной восточной внешностью. Темные, слегка вьющиеся волосы были обильно покрыты гелем и блестели, словно кожа у жареной утки. Круглые карие глаза смотрели откровенно нагло, а на губах играла самая сладкая улыбка.

– Заходы, дарагая, – ласково загудел он, – будет тебе Павлик-шмавлик."

"Я шагнула внутрь и попала в мусульманское царство. Пол закрывал протертый ковер, у стены громоздился диван, из невидимого динамика несся заунывный напев: «Я хабиби…»

– Вот Павлик, – кивнул хозяин в сторону мальчика лет двенадцати, сидевшего на софе, – самый настоящий, бери.

Подросток повернул голову в мою сторону и улыбнулся.