Темные волосы трепал теплый ветерок, и на его губах сияла улыбка, предназначенная только для меня. Больше всего на свете я любил его улыбку.

Когда мы поднялись по лестнице на третий этаж, Уэсли приобнял меня за плечи, заставляя чувствовать одновременно беспокойство и головокружение. Я постарался не думать о том, что кто-либо может нас увидеть. Даже если и так, нет ничего предосудительного в том, что его рука лежит на моих плечах. Когда я стал возиться с замком, рука Уэсли скользнула вниз и сжала мой зад, а на все мои протесты он коротко велел мне поторопиться.

Оказавшись внутри, Уэсли тут же бросил сумку на пол, как будто она была полной кирпичей, и потянул мою вниз с моего плеча.

Он поцеловал меня, наступая и подталкивая к дивану до тех пор, пока я не упал на подушки. Опустившись на колени, он задрал мою рубашку, зацеловывая и вылизывая мой живот, пока его руки проворно расстегивали ремень и освобождали меня от штанов.

Заметив мое возбуждение, Уэсли тихо рассмеялся.

- Ты такой чувствительный, - прошептал он, стягивая мои джинсы вместе с боксерами.

- Я... Я ничего не могу с собой поделать... Ты..."

"Уэсли обхватил меня теплыми губами и, схватив его за плечи, я сполз вниз, ерзая и вздрагивая от его движений.

Он провел пальцами по моей груди, нашел один из сосков и ущипнул за него.

Мое тело трепетало от восторга и дрожало, переполненное приятными ощущениями. Его влажный рот, его язык, горло, ловкие пальцы - все вместе стремительно подводили меня к вершине.

- Уэс... Уэсли...

Он продолжал меня удерживать до тех пор, пока, опустошенный, я не распластался на диване. Тогда на лице Уэсли сверкнула торжествующая улыбка, и он поднялся. Я все еще пытался отдышаться, когда он шагнул в сторону.

Я заметил выпуклость в его штанах и отвернулся, чувствуя, как кровь снова приливает к лицу.

- Мне нужно в ванную, - сказал Уэсли и потрепал меня по волосам.

Я попытался натянуть штаны, не глядя на него, и только услышав, как закрылась дверь, глубоко вздохнул. Я испытывал облегчение из-за того, что Уэсли не попросил меня сделать для него то же самое. Во мне смешались волнение и неловкость, и я просто не знал, как поступить, чувствуя себя немного виноватым. Мне очень хотелось показать ему, насколько он мне небезразличен, но я боялся.

Боялся, что окончательно влюблюсь в Уэсли, а между тем он может считать меня всего лишь одним из способов приятно провести время.

Уэсли вернулся из ванной с порозовевшими щеками и поцеловал меня в лоб. Я предложил ему выпить и принес с кухни два стакана газировки. После мы сели делать домашнее задание, и он помогал мне с математикой, причем его рука поглаживала мое бедро, пока я решал задачи под его руководством. Когда я успешно справлялся с очередным упражнением, Уэсли меня целовал или покусывал за мочку уха.