Оно сам знаешь как — закон законом, а субъективность никто не отменял. А Ирина твоя та ещё актриса.

Сука она, как оказалось, а не актриса.

С Родионом Кораблёвым я знаком давно. Он приятель Макарского и крутой адвокат по семейному праву. Его основная специализация — бракоразводные процессы.

Он в два счёта прижучил Белкиного сраного интеллигента-бывшего и его выёбистого адвоката. Придурок подписал все документы, без всяких претензий на её квартиру, естественно.

А вот с Ириной вышла загвоздка.

Меня всегда неприятно поражало, когда мужики поливали дерьмом своих бывших жён или любовниц.

То есть ты трахался с ней, говорил о жизни, ел еду, приготовленную её руками, засыпал и просыпался в одной постели, а теперь она тварь, сука и дешёвка?

Так я думал, да. Осуждал. Но сейчас сам кроме как сукой Ирину назвать не могу.

За что она цепляется, я не пойму. Зачем? Чего ждёт от меня?

Сама же на другом скакала. И не раз, как оказалось. И не на одном.

Матери моей голову задурила. Мама и так не подарок, а теперь вообще пиздец.

Выдумала Ирка хрен пойми что.

ЗАГС отклонил моё заявление о разводе, толком не пояснив причину.

Но Родион говорит, они всегда так делают: когда в чём-то сомневаются, направляют в суд. Но и суд отклонил! А всё потому что, видите ли, Ирина больна. У неё вроде как нервный срыв, и она находится в клинике пограничных психических состояний. Не удивлюсь, если она и до признания недееспособной или невменяемой себя дойдёт, только бы затянуть дело с разводом.

— Богдан, ещё раз: это не причина для отказа. Что является причиной, я тебе пояснил. Только это. Всё. А финты, которые проворачивает Ирина — временное явление. Суд всё равно вас разведёт, только надо подождать, пока они наиграются в эти “время на примирение”.

— Родион, я охренеть как не хочу ждать. Мне надо как можно скорее. Карина беременна.

— Понимаю, Рем. Но это машина, она крутится и жать на педали не всегда целесообразно и возможно. Жди. Скоро решим.

С Кораблёвым прощаюсь и отбрасываю телефон. Ира, мать твою, ну нахрена? Ну что это изменит?

Как задрало ждать уже.

Открываю ящик стола и достаю маленькую красную коробочку, которую купил на следующий день, как поймал Белочку возле клиники всю в слезах.

Я знал, чего хочу. До того ещё, как стало известно, что она носит моих горошинок.

Кручу коробку в руках, наблюдая, как камень переливается в солнечном свете. Блин, а вдруг колечко всё же велико ей будет? Пальчики у Белочки тонкие, аккуратные. У девушки в салоне ювелирки похожие были, на неё и примеряли, но вдруг не подойдёт? Хотя эта же девушка сказала, что если что, то можно уменьшить кольцо.

Она ответит да, уверен. Особенно после того, как призналась, что любит. До сих пор в груди щекотно, когда вспоминаю.