Мне даже как-то не по себе чувствовать прилив возбуждения в бабушкиной обители. Но от этого ощущения никуда не деться. Богдан действительно шикарен. И с оружием в руках, пусть я видела его с простой пневматической винтовкой, и за рулём шикарного автомобиля, и вот за такой простой мужской работой. Ну и в других… определённых вещах он тоже шикарен.

– Бабушка есть зовёт.

– Три минуты, сложу дрова.

Он сгребает колотые дрова в охапку и укладывает в поленницу, прикрывает их брезентом и отряхивается.

– Голодный? - торможу его, когда подходит ближе, и беру за руку.

– Как волк, - ухмыляется и целует меня в губы.

– Медведь, - шепчу в спину, хихикнув, когда Богдан проходит вперёд по дорожке.

– Чего? - переспрашивает, обернувшись.

– Ничего, - снова улыбаюсь и показываю язык.

Ребячество, знаю, но мне так хорошо. Грустно, конечно, что это перед отъездом, но всё равно на душе так приятно от того, что рядом самые близкие - бабушка и Богдан.

Да, именно так. За столь короткое время этот мужчина стал для меня очень близок. Мне страшно думать, что это может измениться, но сейчас я чувствую сильную опору в нём. Такой себе жизненный столп, твёрдый монолит, который не под силу сокрушить никаким жизненным ветрам.

— Садись, Богдаша, - кивает бабушка, а сама как раз выливает ароматную заправку к вареникам. - Наработался, поесть пора.

— Это я всегда за, - улыбается Медведь и усаживается поудобнее.

Ест с аппетитом. Ну ещё бы, это же бабушка готовила.

— С нами не хотите, София Андреевна? - спрашивает неожиданно, что я даже дар речи теряю.

Бабуля расцветает от такого предложения, но отрицательно кивает головой.

— Нет, онучата, куда уже мне. У меня же куры, огород. Я вот только яблони посадила в том году. Да и не хочется мне мотаться, лучше вы уж приезжайте чаще.

— Будем, - обещает Богдан.

Мы обедаем и выходим на улицу. Пора ехать. Я останавливаюсь и вдыхаю глубоко-глубоко такой привычный запах осенней деревни. Особенный. Красиво вокруг, хоть листва золотая уже почти и облетела. Огороды уже убраны и чернеют под серым тяжёлым небом.

В детстве я много времени проводила в посёлке у бабушки, особенно когда отец ушёл из семьи, так что всё это мне дорого, это часть моей жизни.

Богдан жмёт на автозапуск, и за двором тихо начинает рычать его автомобиль, напоминая, что нам уже пора.

— Ой, забыла же! - вплёскивает руками бабуля и спешит к погребу. - Я сейчас.

Буквально через пару минут она возвращается с увесистой тканевой сумкой и вручает её Богдану.

— Тут яички домашние, сыр козий - у соседки бабы Вали купила, у неё коза хорошая, ухоженная. Помидоры ещё положила, долежали, слава Богу, яблочки. Каринке нужно.

— Спасибо, бабуль, - я обнимаю бабушку и сильно-сильно жмурюсь, чтобы не расплакаться самой и не расстроить её.