Не он выбрал своих родителей, поэтому я спокойно поясняю Кристовскому свою позицию, но мужчина морщится.

На его красивом лице появляется жесткость. Адвокат смотрит на меня пару секунд. Будто решает, стоит ли говорить, и в итоге поясняет:

– C любовницей Станиславского не все так просто, Нина.

– В смысле?!

– Там очень неоднозначная история.

– Кирилл… поясни, пожалуйста.

– Ее нашли избитой… очень сильно избитой, Нина… Там все лицо в кашу и… не только… тяжелые травмы, перелом таза… ребенок не выжил…

Возглас слетает с губ, и я прикрываю рот, уже знаю, что услышу, но, тем не менее, слова Кристовского оглушают.

– Только узнав о смерти Станиславского, она решилась написать заявление на него…

То, что говорит Кирилл, просто обескураживает…

Я просто замолкаю и во все глаза смотрю на мужчину. У меня в голове не укладывается, как я столько лет могла прожить с монстром, который так хорошо камуфлировался.

Да, Петр всегда был отдален от меня, мы с ним не были близки, но я думала – это просто характер такой замкнутый, а сейчас… сейчас я во все глаза смотрю на Кристовского и просто поверить не могу, что это все не плод больного воображения.

– За что он так с ней? Как можно вообще так избить женщину?

Спрашиваю, а у самой губы дрожать начинают, вспоминаю, как мой муж угрожал мне, как пугал и говорил, что заставит страдать, отнимет все, и теперь я понимаю, что это не было запугиванием, а действительно маска начала спадать со Станиславского.

– Я не знаю, – отвечает Кирилл, – как мужчина… не знаю, каким зверем надо быть, чтобы нанести такие побои… Но как юрист… я зашел к любовнице Станиславского.

Кристовский смотрит на меня своими цепкими и внимательными глазами. Красивый он, молодой еще, а такой матерый хищник.

– Мне удалось разговорить эту женщину. Не быстро. Но я обещал ей кое-какую материальную помощь, посоветовал хорошего пластического хирурга, так как нос там придется оперировать и так далее…

– Словом, ты дал ей денег? – приподнимаю бровь, и Кристовский пожимает плечами.

– В моем деле и не на такое приходится идти, но я тебе скажу, что игра всегда стоит свеч.

– И что же ты выяснил?

Спрашиваю и замираю, а Кирилл бросает на меня внимательный взгляд.

– Ребенок, которого носила любовница Станиславского… он был не от него…

Пауза. Мне нужно мгновение, чтобы информация дошла до воспаленного сознания.

– Не его? – повторяю вслух, а выходит со знаком вопроса.

– Да. Она точно знает, так как по срокам сходится. Девушка там оказалась весьма ветреная, порыв, так сказать, сломил, и она со своим тренером разок после тренировки расслабилась после лечебного массажа. Говорит, не поняла, как так произошло, но секс был незащищенный.