Парень прикидывает, что машину можно и здесь оставить. Парковочное место никому не принадлежит, а за ночь ничего не случится. Утром он все разрулит. Главное, успокоить, Любаву, потому что Борька чувствует, что у девочки вот-вот начнется истерика.

Кстати, надо бы еще узнать, почему она примчалась сюда на его тачке.

– Дурак ты, Боря, – шмыгает носом Барновская. – Я не про то... Ладно, мне домой надо. Держи ключ.

– Так, стоять! – командует Боря и перехватывает ее за руку. – До утра останешься у меня.

– Еще чего! – фыркает Люба.

– Пойдем, – настойчиво говорит Белый, а когда Люба начинает сопротивляться, подхватывает ее на руки.

Что там Борька думал? Наваждение? Вот и сейчас оно же. Потому что грудь девчонки оказывается почти в пределах видимости. Более того, Боря умудряется разглядеть, что лифчик на Любаве все тот же, кружевной. И все воспоминания топят мозги Бориса мельчайшими подробностями. И очень тесно становится в спортивных штанах.

Он несет девчонку, которая почти не весит ничего, до самой двери в квартиру. А после ставит Любу на пол и запирается на ключ.

– Я выпить хочу, – нарушает Люба молчание.

– Потом, – качает головой Борька.

– Ты пьян, я тоже хочу напиться, – вздыхает Любава.

– Уже нет, – парирует Белый, – я только тобой пьян. Какая же ты красивая, Любава...

– Второй раз я на эту байку не поведусь, Белявский! – с вызовом бросает Люба и смотрит в его глаза.

Что-то ломается внутри у Борьки. Он вдруг очень ясно понимает, что его жизнь меняется безвозвратно именно сейчас. Любава меняет ее. Любава меняет все, на самом деле. И возвращать все, как было, Боря ни за что не согласен.

Борька молчит, подхватывает девчонку, вжимает ее в себя, стискивает изо всех сил и целует прямо в губы.

Тонкие ладони ложатся на его затылок и плечи. А нежный ротик послушно открывается, впускает его язык внутрь. Любава сладко стонет, прогибается, трется о его тело.

– Люб... Любава... Малышка..., – настойчиво шепчет Борька, он честно пытается утихомирить собственный пульс.

– Черт раздери, Боря, мы займемся сексом сегодня, или нет! – стонет нетерпеливо Любава.

– Любава, – начинает Боря.

– Молчи, Белявский, – требует Любава и тянет его на себя, – я уеду через три дня. Будешь и дальше трахаться с кем хочешь. Я ни на что не претендую, не волнуйся. Обещаю, что на семейных встречах даже смотреть в твою сторону не буду. Просто... Сейчас мне очень нужно. Понимаешь? Тебе ведь не сложно совсем. Да? Тебе же все равно, с кем. А мне... Боря, ну чего тебе стоит. У меня вот, все есть!

Борька впадает в какой-то странный ступор. Смотрит, как Люба вынимает из кармана джинсов небольшую коробочку с презервативами. Запечатанную и даже размер подходящий.

– Не понимаю, – трясет головой Белявский.