И новый камин.

Все новое, абсолютно все.

Пораженная, замечаю, что он включает музыку. Не успеваю я что-то сказать, когда он объясняет:

– Я купил этот дом.

Невероятно. Но как это возможно, что я об этом не узнала?

– Ты купил этот дом?

– Да. Для тебя.

– Для меня?!

– Да, дорогая. Это подарок на Крещение.

Я в изумлении смотрю по сторонам.

– Пойдем, – говорит Эрик, поставив мои вещи. – Нам нужно поговорить.

Музыка наполняет просторную комнату. Я не могу удержаться и не рассматривать все вокруг, любуясь окружающей красотой. Опускаюсь в удобное кресло перед потрескивающим камином.

– Ты великолепна в этом платье, – заявляет он, присаживаясь со мной рядом.

– Спасибо. Веришь или нет, но я покупала его для тебя.

Кивнув, Айсмен пробегает взглядом по моему телу и, не в силах сдержать себя, говорит:

– Но ты же собиралась открыть прелести, которые предназначались мне, другим мужчинам.

Ну вот. Начинается. Он уже меня подкалывает!

Я считаю до сорока пяти… Нет, до сорока шести. Делаю глубокий вдох и только после этого отвечаю:

– Как ты однажды сказал, я не святая. И когда у меня нет парня, я открываю и дарю все, что хочу, тому, кому хочу и когда хочу.

 – У Эрика приподнимается одна бровь, а я продолжаю: – Я сама себе хозяйка, и ты должен это зарубить на носу.

– Точно. Когда у тебя нет парня, все так и обстоит, – утверждает он, не отрывая от меня глаз.

Вдруг я понимаю, что звучит песня, которая мне очень нравится. Господи, это та самая песня, которая напоминала мне об Эрике каждый раз, когда я ее слушала! Наши взгляды снова встречаются, словно шпаги на дуэли, а голос Рикардо Монтанер умоляет:

Убеди меня быть счастливым, убеди.

Убеди меня не умирать, убеди.

В том, что счастье и ощущение полноты

Не одно и то же.

В том, что время с тобой летит незаметно,

А без тебя – это целая вечность.

Эти слова настолько точно передают наши с Эриком отношения, что я мысленно улетаю куда-то к сияющим вершинам. Но вскоре Эрик отступает и меняет тему.

– Мама и сестра передают тебе привет. Они надеются увидеть тебя на вечеринке, которую планируют провести пятого января в Германии. Ты помнишь об этом?

– Да, но на меня не рассчитывай. Я не поеду.

Я до сих пор хмурюсь, но довольна тем, что остаюсь на высоте.

Несмотря на то что меня переполняет счастье – я рядом с любимым человеком, – мною до сих пор движут гордость и ярость. И Эрик это понимает.

– Джуд… Я сожалею обо всем, что случилось. Ты была права. Я должен был поверить тебе и не задавать никаких вопросов. Но я бываю иногда таким упрямым и…

– Но что тебя заставило поменять свое мнение?

– То, с каким запалом ты отстаивала свою правоту, вынудило меня осознать, как отвратительно я с тобой поступил. Еще до того, как ты ушла, дорогая, я уже понял свою ошибку.