— И не говори мне, что муж бьет тебя с твоего согласия! Почему до сих пор никто не вмешался? Чем дольше ты будешь терпеть и молчать, тем больше он уверует в свою безнаказанность! А если завтра он забьет тебя до смерти? Или по его вине ты окажешься в инвалидном кресле? — он был во всем прав. Мне жутко было думать, что такое возможно. С каждым днем Степа все больше расходился.

— Если я с вами соглашусь, вы уйдете? — устало произнесла я. Марк начинал капризничать, его стоило покормить.

— Людмила, я без тебя не уйду. Собирай вещи и на выход, — так уверенно мужчина говорил, что я опешила.

— Вы в своем уме? Куда я пойду? — объяснять ему, что у меня могут забрать сына, не видела смысла.

— Ведь ты не думаешь, что я под мостом живу? Поверь, я не бомж из трущоб, — усмехнулся Емельянов. Его лицо преобразилось, если бы не ужасная борода, он был бы очень привлекательным мужчиной. Хотя и сейчас вполне хорош, просто я не люблю растительность на лице.

— Я о вас вообще не думаю.

— Это мы скоро исправим. — сделал он шаг ко мне и попытался забрать Марка.

— Не смейте трогать ребенка! — испуганно вскрикнула я.

— Он капризничает, а у тебя не получается его успокоить.

— Марк хочет есть.

— Так накорми, ты мать или нет? — наглости еще хватает мне замечание делать.

— Он на грудном вскармливание, — по слогам проговорила я. Веду себя, как вредная старуха, просто Емельянов будит во мне все самое «прекрасное».

— Что молоко не набежало? — после его слов почувствовала себя какой-то коровой. Так и хотелось ответить, что доильный аппарат в сарае остался.

— Больше вы ни в чем не видите проблемы? — воззрилась я недовольно на Емельянова, а он продолжал удивленно смотреть на меня. — Я не могу кормить ребенка в вашем присутствии.

— Не понимаю в чем проблема?

— Вы издеваетесь?

— И не думал. Садись ко мне спиной и корми, я не собираюсь на тебя пялиться. Думаешь, я сиськи никогда не видел.

«Мои нет!» — мысленно возмутилась.

— Пожалуйста, покиньте наш дом, в противном случае мне придется позвать охрану. — я трясла на руках сына, который в любой момент готов был расплакаться.

— Мила, я серьезно предлагаю помощь. — в чудеса я не верила, поэтому не собиралась вестись на его предложение. За этим обязательно что-то стоит.

— Спасибо, я подумаю, — я желала, чтобы он быстрее исчез. Даже думать не хотела о том, что случится, если его присутствие обнаружит охрана. Да еще и в моей спальне.

— Корми ребенка и собирай вещи! Здесь ты больше не останешься! Мила, я не шучу. — его уверенность ужасно раздражала. — Я не знаю, почему ты до сих пор терпишь издевательства, но сегодня это закон… — он не договорил предложение. Прошептал «тихо» и спрятался за дверью. В этот самый момент створка отворилась. Я готова была потерять сознание.