Кирилл всегда в вопросах, касающихся дочери, был на подхвате и никогда не пренебрегал своими обязанностями. В общем, вёл себя как любой нормальный отец.

– Иди, Кир… я дико хочу просто побыть одна.

Направившись к Алиске, я вытащила её из кроватки и, устроив на руках, села в кресло, где обычно кормила малышку. Дочь успокоилась сразу, это означало, что прикладывать к груди и менять памперс было не нужно, ей просто стало одиноко.

Через несколько минут входная дверь открылась и закрылась, а в замочной скважине повернулся ключ. И я, услышав этот звук, испытала чувство острого сожаления. И желание пойти за мужем и пока он не уехал, попросить его вернуться.

Но осталась на месте. Сидела и испытывала острую боль, приправленную горечью, какая бывает на вкус только у сильного яда. Он и растекался по моим венам, отравляя нутро. Но так было лучше. Точки были расставлены, Мари получила моего мужа. Хотя должна была обрести его ещё два года назад.

Я опустила взгляд и грустно улыбнулась, глядя на Алиску. С другой стороны, тогда бы у меня не было самого дорогого человечка на свете. Значит, там, в прошлом, я всё сделала верно.

И теперь, в настоящем, тоже. По крайней мере, в данный момент я пыталась убедить себя в этом, чтобы не свихнуться.

На следующий день, возвращаясь после прогулки с Алиской, подходя к дверям в подъезд, я первым делом увидела нашу машину, припаркованную у дома. Обычно в это время Кир был на работе, и что сейчас делал в нашей квартире, воспользовавшись моим с дочкой отсутствием, оставалось только гадать. Но я очень надеялась, что если муж и заехал за оставшимися вещами, то сделал это без своей Марианны.

Добравшись до входной двери, я поняла, что у меня сердце не на месте – так сильно оно колотилось. Когда же вошла в прихожую, тут же нашла глазами обувь Кира. Пара кроссовок в гордом одиночестве. Фух.

Сам муж обнаружился в нашей спальне, из которой вышел и тут же принялся помогать мне с коляской. Завёз её вглубь квартиры, вынул из неё Алиску, которую устроил на сгибе локтя.

– Что ты здесь делаешь? – потребовала я ответа безо всяких приветствий.

Михайлов пожал плечами.

– Вернулся домой, – ответил он, как ни в чём не бывало.

Я посмотрела, куда он указывает рукой. Ага, всё ясно. Притащил обратно шмотки, сумка из-под которых и валялась в углу прихожей. Это разозлило, но вновь паковать барахло Кирилла, выставлять его прочь, а потом менять замки было такой себе идеей. Зато в голову пришла другая, которая мне ну очень понравилась.

– Это ненадолго, – пообещала я Кириллу. – Но пока ты здесь, посиди с дочерью. Мне нужно отлучиться на какое-то время.

Брови мужа приподнялись. За два месяца с момента родов я отходила от Алиски дай бог на полчаса, которые тратила на то, чтобы понежиться в ванне.