И в мозгу все крутились, как обрывок застрявшей песенки, две фразы: “Сегодня погибнет Жан-Клод. Ты его предала на смерть”.

Это казалось неправильным – убить его вот так, с безопасного расстояния. Не спустить курок самой, глядя ему в глаза, не дать ему шанса убить меня раньше. Честная игра, понимаешь. Мать ее туда, эту честную игру, тут я – или он. Так?

Ларри припарковался на стоянке у “Макдоналдса”.

– Я выпью колы, пока ты будешь звонить. Тебе чего-нибудь взять?

Я покачала головой.

– Что с тобой?

– Да нет, ничего. Я только надеюсь, что это не очередное убийство.

– Господи, мне и в голову не пришло!

Мы вышли из машины. Ларри пошел в зал, а я осталась у автомата при входе. Дольф ответил с третьего звонка:

– Сержант Сторр.

– Это я, Анита. Что там у тебя?

– Мы раскололи того помощника юриста, который давал информацию вампирам.

– Слава Богу! А то я думала, что у нас очередное убийство.

– Не сегодня. У этого вампа дела поважнее.

– Что это значит?

– Он планирует пустить каждого вампира в городе убивать людей в этот Хэллоуин.

– Он не сможет. Это может сделать только Мастер города, и то если он невероятно силен.

– Я тоже так думал. Может, этот вампир просто сошел с ума.

Тут у меня возникла мысль – страшная мысль.

– У тебя есть словесный портрет этого вампира?

– Вампиров, – поправил он.

– Прочти его мне.

Послышалось шуршание бумаги, потом Дольф прочитал:

– Низкорослый, темноволосый, очень вежливый. С этим боссом видели другого вампира. Среднего роста, индеец или мексиканец, с длинными черными волосами.

Я вцепилась в трубку так, что у меня задрожала рука.

– Вампир говорил, зачем ему нужны массовые убийства?

– Для дискредитации легального вампиризма. Правда, дурацкий мотив для вампира?

– Да, – сказала я. – Дольф, это может случиться.

– Чего?

– Если этот Мастер вампиров сможет убить Мастера города и взять власть до рассвета, он может это проделать.

– Что мы можем сделать?

Я чуть не попросила его защитить Жан-Клода, но это не было дело полиции. Им приходилось думать о законности, о жалобах на грубость полиции. А такого, как Оливер, взять живым совершенно невозможно. Что бы сегодня ночью ни случилось, это будет необратимо.

– Анита, отвечай!

– Я должна идти, Дольф.

– Анита, ты что-то знаешь. Выкладывай!

Я повесила трубку и отключила пейджер, потом позвонила в “Цирк проклятых”. Приятный женский голос ответил:

– “Цирк проклятых”, где сбываются все ваши кошмары.

– Мне нужен Жан-Клод. Срочно!

– Он сейчас занят. Могу я ему что-нибудь передать?

Я глубоко вздохнула, чтобы не заорать.

– Говорит Анита Блейк, человек-слуга Жан-Клода. Скажите ему, пусть тащит сюда свой труп, да поживее!

– Я...

– Если он не подойдет, погибнут люди!

– О’кей, о’кей.