А поскольку приказы были мои, меня это устраивало.

Я показала ему шрамы у меня на руках.

– Крестообразный ожог я получила от слуги-человека, который думал, что это будет забавно. Бугор соединительной ткани на сгибе руки – вампир разорвал мне руку на куски. Физиотерапевт потом говорил, что возвращение полного объема движений было просто чудом. Вот еще четырнадцать швов от слуги-человека, и это только на руках.

– А есть еще? – Лицо его в свете салона было бледным и незнакомым.

– Один вампир воткнул мне в спину обломанный конец кола.

Он вздрогнул.

– И ключицу мне сломали, когда вампир жевал мою руку.

– Вы пытаетесь меня напугать?

– Разумеется, – сказала я.

– А меня не отпугнуть.

Сегодняшняя ночь должна была его отпугнуть и без демонстрации моих шрамов. Но не отпугнула. Черт возьми, он останется в нашем деле, если его раньше не убьют.

– Ладно, ты остаешься до конца семестра – отлично. Но пообещай, что не будешь охотиться на вампиров без меня.

– Но мистер Берк...

– Он помогает казнить вампиров, но не охотится на них в одиночку.

– А в чем разница между казнью и охотой?

– Казнь означает тело, которое надо проткнуть колом, то есть вампира упакованного и в цепях, который тихо ждет последнего удара.

– А охота?

– Когда я пойду по следу вампиров, которые нас сегодня чуть не убили, это будет охота.

– И вы не верите, что мистер Берк может научить меня охотиться?

– Я не верю, что мистер Берк сумеет сохранить тебя в живых. – У Ларри глаза полезли на лоб. – Я не имею в виду, что он намеренно тебя подставит под опасность. Я имею в виду, что не доверяю твою жизнь никому, кроме себя.

– Вы думаете, до этого дойдет?

– Уже чуть не дошло.

Он пару минут посидел тихо, глядя на свои руки, которые медленно поглаживали руль.

– Я обещаю не охотиться на вампиров ни с кем, кроме вас. – Он поглядел на меня, изучая голубыми глазами мое лицо. – И даже с мистером Родригесом? Мистер Вон мне сказал, что он был вашим учителем.

– Мэнни был моим учителем, но он больше не охотится на вампиров.

– А почему? – спросил он.

Я посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

– Его жена слишком боится. И у него четверо детей."

"– А вы и мистер Берк свободны, и детей у вас нет.

– Верно.

– И у меня тоже, – сказал он.

Я не могла не улыбнуться.

– Ларри, остряков никто не любит.

Он ухмыльнулся и выглядел при этом максимум на тринадцать лет. Господи, почему он не сбежал после этой ночи? А я почему? Ответов нет, по крайней мере, осмысленных ответов. Зачем я этим занимаюсь? Напрашивается ответ: потому что я это умею. Может быть, Ларри тоже научится. Может быть. Или просто погибнет.

Я вылезла из машины и сказала:

– Езжай прямо домой, и если у тебя нет запасного креста, прямо завтра и купи.

– О’кей, – сказал он.