– О деле не рассказывает, хотя и обещал, а по сути использует тебя как говорящую карту, навигатор. Даже чипсы выбрать не доверил. Он считает тебя пустым местом».

Она глубоко вздохнула и постаралась вызвать другой голос – голос Надсмотрщиков. Проще говоря, она попыталась найти аргументы, объясняющие поведение Романа в другом ключе, менее унизительном.

«Может быть, у него какие-то особенные предпочтения или даже заболевание какое-нибудь, и ему не каждый вид чипсов можно, а рассказывать о своих болезнях малознакомой женщине ему не хочется. Он совсем не хотел тебя обидеть, он ни в коем случае не хотел сказать, что ты ни на что не годишься».

Тут же, как по команде, подключились Искатели со своими вечными попытками вызвать у Анны доверие и расположение к людям:

«Ну конечно, он ничего плохого в виду не имел! Просто он мужчина, к тому же офицер, ему не пристало жаловаться на здоровье! Смотри: он хочет, чтобы ты чувствовала себя рядом с ним уверенно, защищенно, поэтому он не имеет права показывать свою слабость. Он хочет быть надежным и сильным в твоих глазах. Разве это плохо? Ему можно доверять!»

Анна уныло, не читая надписей на упаковках, складывала в корзину пачки разного печенья и ореховых смесей.

"«Доверять? – звучали внутри нее голоса Защитников. – Кому доверять? Этому малахольному, который готов простить девушку, бросившую его? Доверять человеку, который видит то, чего нет, живет фантазиями и пустыми надеждами? Человеку, который пользуется твоей помощью, живет в твоей квартире, ест еду, которую ты готовишь, таскает тебя за собой, как вещь, потому что ему, видите ли, нужно прикрытие, и при этом продолжает относиться к тебе как к малознакомой, как к человеку, перед которым нельзя показать слабость? Ну уж нет! Долой доверие к таким людям! Никаких поблажек! Никакого сближения! А то откроешься перед ним, а он тебе нож в спину воткнет и не поморщится».

У кассы чуть не разгорелся конфликт. Анна попыталась достать кошелек, но Роман решительно пресек ее попытки «оплатить хотя бы половину, я ведь тоже буду это есть и пить».

– Считай, что ты в командировке. И нам выделены командировочные.

– Я так не могу, – упиралась она. – Я привыкла сама платить за себя.

Кассирша смотрела на них неодобрительно, дескать, нечего очередь задерживать, интимные вопросы надо решать заранее и подальше от кассы.

– Доставь мне удовольствие, разреши заплатить за красивую девушку, – твердо ответил Роман и протянул кассирше кредитную карту.

Кассирша неожиданно растаяла и одобрительно улыбнулась Дзюбе.

– Ну вот, хоть один раз за смену услышала нормальные слова нормального мужчины, – проговорила она, пока Роман вводил пин-код и шло соединение. – А вы, девушка, не сопротивляйтесь, дайте мужику побыть мужиком.