Рената улыбнулась и пошла кормить сыночка.

Степан не поехал домой. Хотел. Не внезапно передумал. Заехал в круглосуточный цветочный, выбрал простые белые лилии. Без лишних лент и упаковки. Просто. Честно. Как она любила.

Город был тих, раннее утро ещё не проснулось. Машины проносились по пустым улицам, но он будто двигался в другом времени. Внутри все было приглушенно, словно сердце билось сквозь вату.

Кладбище встретило сырой тишиной. Влажной землей, тонким туманом и ветром, гуляющим между крестами. Степа знал путь наизусть. Сколько раз он приходил.

Могила Елены. Рядом крошечная табличка сына. Он даже не запомнил, как ее ставили. Тогда все слилось в чёрную дыру.

Степа присел на корточки, положил цветы. Молча. Руки дрожали.

— Прости.... — прошептал он. — Я не спас вас.

Слова выходили медленно. С трудом. Будто каждая фраза вырывалась с кровью из сердца.

— Всё это время я носил вас в себе. Вину. Боль. Тяжесть. Даже когда казалось, что отпустило, я не мог простить себя.

Он провел пальцами по холодному камню. Смахнул пыль. Выдохнул.

— У меня теперь есть семья. Рената.... Сын. Он не от меня, но он мой. Я знаю это. Я его люблю. Он маленький, но сильный. И она.... она тоже сильная. Гораздо сильнее меня.

Он посмотрел в небо. Слёзы подступили, но он не дал им выйти.

— Я не забыл вас. Но я должен идти дальше. Жить. Ради них. Ради себя. И ради тебя. Потому что, если бы ты была рядом — ты бы тоже хотела, чтобы я жил. Правда?

Тишина ответила согласием. Или, может, это он сам себе ответил.

— Я не прошу забыть. Только отпусти. И прости, если сможешь.

Он встал. И сжал кусок креста, как бы прощаясь. И тут услышал шаги.

Обернулся. Пожилая женщина в темном пальто. Узнал сразу. Мать Елены. Усталая, с потухшими глазами, в руках маленький букет.

Оба замерли.

— Я не думала, что ты.... — прошептала она.

— Часто прихожу, — мягко ответил он.

Она кивнула и подошла ближе. Постояла у надгробия. Поставила цветы рядом с его лилиями. Помолчала. Потом взглянула на него.

— Прости меня, Степ. Тогда... на похоронах. Я говорила ужасные вещи. Но ты не виноват. Просто я.... я обезумела от горя. Я не думала. Я не хотела..."

"Степан кивнул.

— Всё нормально. Я сам себя винил больше, чем вы.

— Она тебя любила, — сказала женщина. — Очень.

Он посмотрел на могилу.

— Я знаю....

Они стояли молча. Без лишних слов. Только легкий ветер качал ветви деревьев. Потом она кивнула.

— Живи дальше, Степ. Не надо больше ничего доказывать. Лена желала тебе только счастья….

— Спасибо, — выдохнул Степа.

Они разошлись по разным дорожкам. Без обид. Без тяжести. Только с уважением и болью, которая наконец стала немного тише.

С легким сердцем Степан поехал домой. Возле дома у подъезда стоял Рушан и, судя по всему, ждал его. Куртка его была расстегнута, в руках папка.

Степа подошел. Пожали руки.