Я все воспоминания той жуткой ночи из ее памяти стерла, а вместо них новые вставила, дабы разум девчонке сохранить. Он для нее до сих пор неудачливый рыбак, не сумевший вернуться с Великой реки. Понял?

— Вот теперь понял.

— У тебя все?

— Да вроде все.

— Тогда позволь, и я тебе вопрос задам.

— Задавай.

— Денег у тебя навалом…

— Как же, навалом, — сразу заволновался сплетник. — Мои архаровцы дворец Гордона разнесли. Он мне такой счет выставил…

— Навалом, навалом, — успокоила Виталика старушка. — Гордон от Василисы по ушам уже получил и ремонт дворца за счет казны оформил. Кощей тебе на свадебный подарок золота без счета отвалил, и не только он…

— Ты к чему ведешь, бабуль?

— Не волнуйся, взаймы просить не собираюсь. Так вот, денег у тебя навалом, жена молодая, красавица, магией балуется. По силам скоро и мне уступать не будет.

— Это что, я на богине женат, выходит?

— А чего ты так разволновался? Ты и сам от Создателя немало божественных сил получил. Короче, все у тебя есть. И мучает меня, старую, вопрос: что дальше делать будешь? Здесь останешься али к себе поедешь?

— Янку боишься потерять, — дошло до Виталика.

— Я ее себе в преемницы готовила.

— Не волнуйся, бабуль. Никуда я отсюда не уеду. Тут ты, Кощей, Янка с Василисой. В случае чего, всегда управу на меня найдете. А если я со своей божественной силой в Рамодановск подорвусь, — начал хохмить Виталик, — и начну творить добро направо и налево, всем мало не покажется. Справедливым буду, как Иосиф Виссарионович, и добрым, как Лаврентий Павлович.

— Верно Янка про тебя говорила: балаболка, — улыбнулась старушка.

— Ладно, — почесал затылок царский сплетник, — осталось только научиться пользоваться своими божественными силами и найти Лихо Одноглазое. А то Кощей уж больно из-за него волнуется.

— Главное, чтобы его раньше нас Янкины прохиндеи не нашли. Тогда уже не только Кощей волноваться будет, тогда весь Великореченск на уши встанет.

Бабуля как в воду глядела…"

"Портовая ресторация «Купеческий Рай», в связи с народными гуляньями по поводу свадьбы национального героя Руси царского сплетника Виталия Алексеевича Войко, была практически пуста, но за одним столом все же сидела группа подозрительных личностей. Подозрительных, потому что, несмотря на выпитое, говорили эти личности не в полный голос, а таинственно шептались. Причем не просто шептались, а шепотом яростно переругивались.

— А я говорю: на чердак! — мяукнула одна из подозрительных личностей. — Оттуда обзор шире и прицельная дальность лучше!

— И кого ты оттуда собираешься обстреливать? — насмешливо тявкнула другая подозрительная личность. — Янку, что ли?

— С ума сошел? — возмутилась первая подозрительная личность.