Тогда я совсем успокоилась. А вот когда поняла, что дочь тьмы по ваши души пришла, испугалась, — честно призналась старушка. — Слишком поздно я разобралась, в чем тут дело. Но, думаю, ты и без меня бы с ней управился. Когда ты на костер вместо Янки взошел, Создатель силы тебе божественные дал. Не совладать дочери тьмы с тобой уже было, кишка тонка. Сам догадался в жертву себя принести или подсказал кто?

— Никто ничего не подсказывал. Просто нутром понял, что с тем, кто за Гордеем стоит, мне не справиться, и предложил свою жизнь в обмен на жизнь Янки и моих людей.

На глазах старушки появились слезы. Она притянула к себе Виталика и расцеловала его в обе щеки.

— Я сразу почуяла, что в тебе что-то есть. Да и Янке ты сразу глянулся. Потому мы и переправили тебя сюда.

— Ага, сюда. Как же! На чертову мельницу упекли.

— Не упекли, а на карантин отправили, — осадила его Яга. — Говорю же, сразу глянулся ты ей. А меня, старую, страх взял. Вот я внучке своей и велела строго-настрого не бросаться сразу в омут с головой, а сначала присмотреться к тебе повнимательнее: вдруг с гнильцой окажешься? А ты, поросенок, на второй день с мельницы удрал и вселился потом в ее терем уже как царский сплетник. Ну, тут уж сразу стало ясно — судьба!

— А Василиса с Гордоном в курсе были?

— Как только Гордон тебя царским сплетником назначил, я Василисе все рассказала. И велела сделать все, чтобы ты в Великореченске как можно дольше задержался. Я к тому времени уже поняла, что именно тебе тут все придется разруливать.

— Так вот почему она сразу огрызалась, как только я насчет Вани Лешего и тебя начинал заикаться! Ну, а свадьба тут при чем? Почему она со свадьбой кота за хвост тянула?

— Меня племяшка боялась, — усмехнулась старушка. — Я ей запретила такое разрешение вам давать, пока ты до корня зла не докопаешься. А вы, бесстыдники, и без свадьбы подсуетились. Ну, надо же, откуда у всех бед Руси ноги росли! Аленушка Андриану двойню родила. Не знала. Честно говорю, не знала. Иначе за царевичем другой был бы пригляд. Не отдали бы мы его в плохие руки.

— Так, — поднял руки Виталик, — у меня свадьба, а потому не будем о грустном.

— Не будем, — легко согласилась Яга, — ты от меня все, что хотел, узнал?

— Нет. А расскажи-ка мне, бабуля, про муженька первого Янкиного, про Михея.

— Про жреца Мораны? — поморщилась старушка. — Это, как говорят у вас в Рамодановске, мой косяк. И не только мой. Не распознали мы волчару сразу. Не почуяли в Михее червоточину. Васька с Жучком лучше меня, старой, сработали. Вовремя подоспели, не дали обряд черный над девкой совершить. Лихо с ним разобрались.

— А подробней можно?

— Нельзя, — отрезала старушка. — И у Янки не вздумай расспрашивать, не береди душу девке.