И еще пришлось выслушивать нотацию хозяйки о том, что Тура нарушает правила поведения на работе, и личным звонкам не место во время обслуживания клиентов. Тура бросила последний взгляд на экран с красовавшийся там весьма нескромной суммой за любимый напиток Якова Больцмана. Что ж, будем считать это хорошим признаком. Значит, Яшка заработал себе этот портвейн. А истерящая по делу и без хозяйка салона уже откровенно достала. И стало вдруг почему-то все равно.

- Я ждала очень важный звонок. По-настоящему важный. Я никогда раньше не позволяла себе такого.

- Есть правила, и никто в моем салоне не будет их нарушать!

- Если вы не готовы проявлять гибкость, наверное, ее стоит проявить мне.

И написать заявление об увольнении.

Повисла пауза. Светловолосая женщина без возраста явно не ждала такого ответа. И теперь оценивала и взвешивала.

- Не стоит, Тура, - проговорила негромко. – Бывают обстоятельства, наверное. Надеюсь, вы не будете этим злоупотреблять.

- Я тоже надеюсь, - свой кивок Туре показался верхом наглости. Но и это ей спустили с рук.

*

Вечером выяснилось, что Яшка свой портвейн заработал. Да он ящик портвейна заработал, если честно.

- Вариант почти беспроигрышный, - Яша отхлебнул из бокала и довольно зажмурился. Он уже пережил объятья от Павла Корнеевича, получасовой допрос о том, как жил все эти годы и поэтому остро нуждался в релаксанте. – Леонтьевич – человек публичный. А такие огласки своих тайн боятся. Он же, типа, большой художник, члена союза кинематографистов и все дела. Поэтому делаем мы так. Я ролик подшаманю. Обрежу Степана. Заретуширую твое лицо, Турыч. Ну и обнаженную натуру, – хмыкнул, – тоже. И передадим этот ролик адвокату. С наказом, что ежели желает битвы – мы готовы.

Подаст заявление – выложим ролик на тытуб. Спешите видеть – взрослые игры кинорежиссера. Вангую, будут тьмы просмотров. Еще и бабла с рекламы срубите.

Степа и Тура переглянулись.

- Не хотелось бы… до этого доводить, - Степан ответил за двоих – осторожно, но твердо.

- Да и не дойдет, - беспечно отмахнулся Яша, почти не отрываясь от портвейна. – Засс*т, отвечаю.

- Я согласен, - Степке идея ужасно понравилась. Тура согласилась после небольшой паузы. План действий был принят на вооружение и начал приводиться в действие.

Под португальский  портвейн Яков сделал из видеоролика оружие возмездия, записал на флешку и торжественно вручил Степану. После чего они добили бутылку – в основном, Яша и Тура, Степка отказался, мотивируя спортивным режимом.

Провожать Яшу они вышли оба. Замок входной двери щелкнул именно в тот момент, когда Яков уже надел куртку. В прихожую ступила Елена Павловна. В алой шляпке, не более, не менее.

- У нас гости? – она знакомым Степке взглядом просканировала Больцмана. И, кажется, осталась довольной увиденным.