– Я скоро, Лис, – виновато проговаривает он и закрывает за собой дверь.

Я делаю все то же самое, что и каждый вечер: складываю покрывало, проветриваю комнату. Вот только плачу без остановки.

Ложусь, накрываюсь простынею почти до подбородка и притворяюсь спящей, хотя не могу унять судорожные всхлипы.

Макс возвращается быстро, забирается ко мне, прижимается горячей грудью к моей спине.

– Я люблю тебя, детка.

– Спи, – отзываюсь я, просто умирая от боли, разрывающей грудь. – Просто спи.

Он утыкается носом мне в шею, вдыхает запах моих волос и вскоре действительно засыпает так же, как и каждый вечер, сжимая меня в объятиях и дыша моим ароматом.

На полу вибрирует мой разбитый телефон, на экран выскакивает сообщение: “Ну ты и дура”.

Глава 3. Максим

Целую ее перед уходом на работу. Притворяется, что спит, но я не хочу ее дергать. Чудо, что она не выпроводила меня сразу. Нам обоим нужно время, чтобы все пережить. Да что переживать-то, а? Я офигенно лоханулся. И теперь надо это как-то разруливать. Разводиться с Лис я не хочу. Но и так жить тоже. Все вертится вокруг единственной ее цели, которую я поддерживаю, да. Но, черт, я хочу просто хотя бы иногда видеть, как она улыбается, веселиться с ней как раньше, заниматься сексом не по расписанию, как это происходит последние четыре года…

Я хочу жить. Жить и радоваться каждому дню с ней, а вся наша жизнь превратилась в разговоры об овуляции и постоянные слезы. Слезы, слезы, слезы… Их так много, что я в какой-то момент перестал их замечать, перестал жалеть ее, потому что это было больше не что-то из ряда вон выходящее, а наша реальность, ее нормальное состояние. Тогда я впервые подумал о разводе. Только… Как уйти от человека, которого ты любишь по факту со школьной скамьи? Как уйти от любимой женщины, которая разваливается на части, и ты ничего не можешь с этим сделать? Уйти и добить ее? Или остаться и добить себя?

Мысли скачут как блохи, виню себя за то, что сделал и за то, что не ушел раньше. И, как ни парадоксально, и за то, что сейчас зачем-то остаюсь.

В кабинете мне трудно сосредоточиться. Все кажется, что сейчас войдет Вика. А я боюсь, что не смогу сдержаться и наору. Она слишком все усугубила. Слишком задела мою жену. Что бы я ни чувствовал к ним обеим, но с женой я прожил уже немало, она родной мне человек. А Вика… Оказалась рядом, когда я сорвался, и пришлась так кстати в этом отрыве.

Дверь отлетает в сторону, и она, как всегда, входит без стука. Утыкаюсь в бумажки. Слышу, как скрипит кожаная юбка, которая туго обтягивает подтянутую задницу, и ощущаю ее духи. Ох, какие же она приторно-сладкие.

Подходит к моему столу, нарочито громко стуча высокими каблуками, облокачивается на столешницу, засветив аппетитное декольте. Поглаживает пальчиками мою руку, обходя обручальное кольцо.