— Значит, ты держишь меня за полного идиота, за пешку, которую можно переставлять туда-сюда, как тебе заблагорассудится. Захочешь — физиономию мне расквасишь, в потом как ни в чем не бывало в гости позовешь.

— Витор, если тебе хоть немного дорога Асусена, ты не позволишь ей умереть, — не обращая внимания на его язвительный тон, сказал Кассиану. — Моя сестра умирает, пойми ты наконец!

После этих его слов Витор перестал улыбаться.

— Неужели все так серьезно? — спросил он.

— Да, представь себе, — глухо произнес Кассиану.

— Вот чего вы добились своим ослиным упрямством.

— Прошу тебя, Витор, не трать время на упреки. Поедем к Асусене!

— Что, прямо сейчас? Но у меня есть неотложные дела, в приемной меня ждут люди, с которыми я договорился о встрече…

— Ладно, приезжай, когда управишься с делами, — смилостивился Кассиану. — Только не вздумай водить меня за нос, а то я приволоку тебя к Асусене силком.

* * *И вот он приехал, и ему разрешили пройти к Асусене. Рамиру, правда, опасался, как бы дочери не стало от этого визита еще хуже, но Кассиану твердо стоял на своем: пусть поговорят, выяснят отношения, иначе Асусена может просто умереть от тоски.

— Если понадоблюсь, сразу же зови меня, — сказал он сестре, оставляя ее наедине с Витором. — Я буду в соседней комнате.

При виде бледной, осунувшейся Асусены сердце у Витора защемило, но он сумел взять себя в руки и бодрым голосом произнес:

— Не знал, что у тебя такой заботливый брат. Ведь это он любезно пригласил меня к вам.

— Я не посылала его за тобой, поверь, — стала оправдываться Асусена.

— Не надо ничего говорить, — остановил ее Витор. — Побереги силы, они тебе еще пригодятся. Выглядишь ты, должен заметить, неважно.

— Ты приехал затем, чтобы сказать мне, как плохо я выгляжу?"

"— Я не знаю, зачем меня сюда притащил твой братец. Наверное, хотел, чтобы вся деревня увидела злодея, который погубил невинную девушку. Думаю, они спустят на меня собак, когда я выйду отсюда. А может, потребуют, чтобы я на тебе немедленно женился.

— Ты чудовище! Убирайся вон!

— Жаль, твои родственники не слышат, как ты меня сама прогоняешь. Спасибо тебе. Я уйду с удовольствием. Надеюсь, ты больше не станешь изображать перед всей деревней соблазненную и покинутую? Это слишком избитый номер!

— Уходи, мерзавец! — стонала Асусена. — У тебя нет ничего святого в душе. Я боюсь тебя! Ты — сам дьявол.

— Прости, что еще раз заставил тебя поволноваться. Выздоравливай! — он чопорно раскланялся и вышел.

— Ну что, парень, как она? — волнуясь, спросил Рамиру. — Как Асусена? Ей лучше? Что она тебе сказала?

— Увы, мне нечем вас порадовать, — развел руками Витор. — Мой приход ничего не изменил.

— Но ты ведь говорил с ней? — вмешался Кассиану.

— За кого ты меня принимаешь? Конечно же говорил.