О жестокости захватчиков из Андракиса ходили жуткие легенды, но все они казались детскими сказками, по сравнению с тем, что сейчас творилось в замке.

Как глупы были защитники, и она в том числе, думая, что им хватит сил противостоять летающим тварям и магам. Их лекари делали воинов неуязвимыми, огненные одним взмахом руки выжигали целые залы, ледяные захватывали в смертельные ловушки каждого, что зазевался.

В этот момент она не только ненавидела их всех, но и отчаянно жалела, что на их стороне такой силы не было. Всех одаренных выкидывали в долину Изгнанников, ведь их присутствие на этой стороне ослабляло древнюю защиту Милрадии.

Они были слабым звеном, от которого избавлялись без сожаления, а оно вон как повернулось.

— Ника! — гаркнул мужчина так, что Мелена чуть не оглохла. Дернулась, пытаясь отодвинуться, и тут же почувствовала, как ее снова сдавливает в тисках. Стиснув зубы, она поймала стон, и мысленно пообещала, что прикончит этого варвара, как только предоставится такая возможность.

— Чего? — рядом раздался звонкий, но немного запыхавшийся женский голос.

— Тхе’Маэс велел вылечить вот эту.

Ее бесцеремонно скинули с плеча и тут же ухватили под локоть, не позволяя и шага сделать в сторону. Мел попыталась сбросить с себя его руку, и снова почувствовала, как каменные пальцы сжимаются, причиняя боль измученному телу.

— Я должна вылечить чужачку?

Мелена обернулась к девице в охотничьем костюме. Ее темные волосы были затянуты в небрежную косу, на лбу выступили мелкие капельки пота, а под синими глазами залегли черные тени. Мерзавка устала. Измучилась, помогая захватчикам разрушать Асоллу.

Ее Мелена тоже ненавидела.

— Пленница.

Важная.

— Ну раз важная, — Ника взяла ее за руку.

Мелена дернулась, пытаясь вырваться, но воин сдавил ее плечи:

— Стоять!

Как же ей не хватало своей плети! Одним ударом она бы сломала пополам эту девку, а мужику перебила бы ноги, и он бы ползал по полу, умоляя о пощаде.

Увы, плети больше не было. И сама она была в таком состоянии, что становилось стыдно перед самой собой. Слабачка! Годы изнуряющих тренировок и лишений — все в пустую.

Доминика больше не задавала вопросов. Вместо этого сильнее сжала руку, словно хотела оторвать ее, и в же момент Мелена почувствовала, как место соприкосновение нагревается, а потом это тепло медленно расползается по всему телу.

Минуту спустя боль за ребрами уже не казалась такой острой, а спина, до этого пульсирующая от каждого прикосновения, утихла. А еще в голове что-то сжалось, до красных искр перед глазами, а потом рассыпалось, словно и не было."

"— Готово, — сообщила Доминика и тут же убрала от пленницы руки, словно ей было неприятно до нее дотрагиваться.

Мел осторожно пошевелила плечами.