Ей он поддался без сопротивления, тихо щелкнул и мягко разошелся, открывая содержимое ларца. Внутри, замотанный в простую, грубую холстину покоился металлический ошейник. Его блестящая поверхность была изрезана сотнями крошечных линий, позволяющих ему быть то гибким, словно кусок кожи, то бесконечно жестким. Внутри был запрятан сложный механизм. Он мог растягивать ошейник или сжимать, вызывая удушье у жертвы, мог бить разрядами и причинять боль. Мог сделать так, что бедняга, попавший в его плен, будет скрести землю, срывая ногти от бессилия, но делать так, как прикажет хозяин ошейника.

Хозяином была она…

Задержав дыхание, Мелена достала предмет из ларца. Тяжелый и опасный, он удобно лежал в ладони, вселяя какое-то дикое предвкушение.

Таких больше не было ни то, что в Милрадии, но и на всем белом свете. Лучшие мастера Асоллы делали этот ошейник на заказ, самые ценные ресурсы были использованы при его изготовлении. А сколько золото пришлось отдать за столь тонкую работу!

Она залюбовалась им. Идеальное орудие для изощренных пыток. Недостаток у него был только один — одноразовость. Стоило только защелкнуть на шее у жертвы и все. Снять его было невозможно, проще отрубить голову. Но даже если отрубишь, использовать повторно не удастся.

Поэтому она колебалась. Ошейник был прекрасен в своей жестокости, но Мелена готовила его для кхассера, а тот улизнул из-под самого носа. И теперь ей надо было решить, а стоит ли тратить уникальную вещь на мужчину, который мог оказаться обычным путником?

Вспомнила его надменный профиль, взгляд полный превосходства и широкие расслабленные плечи, когда он сидел в камере с таким видом, будто прохлаждался в парке на берегу реки.

Стоит…

Осталось только надеть его на могучую шею Маэса. Что-то подсказывало, что он будет против.

Решительно сунув ошейник в карман, она поднялась, ногой задвинула ларец обратно под кровать и вернулась в подземелье.

— Подойди ко мне!

Темные брови, насмешливо выгнулись. Мол, заставь меня, если сможешь.

Скрипнув зубами, она ударила рукояткой плети по прутьям.

— Я сказала, подойди!

Мелена злилась, оттого что ей не удавалось держать на лице привычную маску невозмутимой стервы. Разлад внутри нарастал все сильнее, и с немалым удивлением, она заметила, что у нее дрожат руки.

Маэс легко поднялся с лавки, и медленно подошел к ней. Тяжелым взглядом он уставился на нее сверху вниз и ждал, что будет дальше. Их разделяли только железные прутья, которые на его фоне казались хрупкими и ненадежными.

— Просунь руки, — отдала очередной приказ.

И снова он не торопился его исполнять. Чуть склонив голову, хищно прищурился, пытаясь понять, что она задумала.

— Руки!"

"Наконец, он подчинился.