На следующий же день я написала заявление на академический отпуск, объяснив причинами личного характера, и мне беспрекословно выдали все бумаги. После этого я отправилась за оставшимися покупками, и послезавтра утром мне нужно было уезжать. Накупив одежды и обуви, которая была бы уместна в Калахари в грядущие холодные месяцы, я, обвешанная пакетами, усталая и довольная, шла домой через сквер.

Сначала у меня вновь появилось ощущение пристального взгляда в спину. Я оглянулась несколько раз, но никого не обнаружила. Чертовщина какая-то, кто же это меня пасет? А потом чуть впереди, уже почти дойдя до выхода из сквера, я увидела две знакомые до боли фигуры.

И сомнений в том, кто это и кого они поджидают, у меня не возникло. Одеты они были совершенно по-земному – светлые джинсы, футболки; и только длинные волосы, собранные в хвост, несколько отличали их от подавляющей массы местных парней. Но и это не было чем-то из ряда вон выходящим, рокеры тоже носят длинные волосы. Чуть сбилась с шага, быстро взглянула на себя – джинсы, белая майка, босоножки на каблуке. А ведь все это я уже видела в хрустальном шаре. Так вот кто мои собеседники!

Но я ведь ничего не помню? И вообще в глубине души ворочалась обида на то, что Адриэн бросил меня во дворце, доверив своему неприятному кузену. Да и тот факт, что Адриэн не удосужился сообщить о предполагаемом стирании памяти (хоть о частичном, хоть о полном), говорил не в его пользу. Только сердцу всего этого не объяснишь, и оно бешено колотилось, пока я, не подавая виду, что заметила и узнала ребят, спокойно шла в их сторону.

Подошла совсем близко и мазнула взглядом по Рэмиру, с любопытством наблюдавшему за моим приближением.

Перевела глаза на Адриэна, стараясь не задерживаться на нем дольше, чем если бы это был обычный незнакомый человек. Сердце защемило. Адриэн осунулся, вид какой-то нервный, и, пока я шла, он жадно следил за мной горящими глазами. Скучал?! Чувствует свою вину? Переживает?

Так, я их не помню, не помню, мне стерли память, не подавать виду, что я их узнала… И я внешне спокойно шла, а у самой внутри началась какая-то нервная дрожь.

– Здравствуй! – Адриэн шагнул, преграждая мне путь, и голос его дрогнул.

– День добрый! – Я подняла на него взгляд, сдерживая предательскую дрожь и в своем голосе.

Как же я соскучилась по нему!

– Как ты? – Его губы чуть дрогнули в намеке на улыбку.

– Нормально. – Если честно, я не знала, как себя вести. Больше всего на свете мне хотелось обнять его, а приходится осторожничать.

– Лили, скажи ради всех богов, где ты была целую неделю? Как только мы узнали, что ты отправилась домой, сразу же выехали следом. А тебя нигде нет. Мы каждый день караулили у твоего дома, а ты как сквозь землю провалилась.