Он долго смотрел на них, подмечая стиль, размер и отличительные признаки определенных букв. Вновь выпрямившись, оглядел своих соседей по трибуне. Накатившая на них волна эмоций явно никого не оставила равнодушным. Некоторые кивали, наверняка даже сами того не замечая.

«Черт, а этот Прайор и вправду хорош в своем деле», – подумал Кейн.

Глава 35

Гарри был прав. Прайор и в самом деле оказался реальным профи. Слушая его вступительное слово, я внимательно наблюдал за присяжными.

Когда он закончил, я посмотрел на Бобби. Того буквально трясло. Наклонившись ко мне, он произнес:"

"– Все это вранье.

Если Карл и Ари и спали вместе, то я про это не знал. Богом клянусь, Эдди! Все это чушь собачья.

Я кивнул, посоветовал ему успокоиться. Арнольд шепнул мне:

– Прайор молодец, присяжные явно прониклись. Надо тебе это из них вытряхнуть.

Он был прав. Прайор использовал старый обвинительский прием под названием «математическая правда». Все дело в тройке. Каждое слово, которое он использовал, было тщательно взвешено, проверено и отрепетировано. И все крутилось вокруг цифры три.

Три – и в самом деле магическое число.

Оно занимает некое важное место у нас в голове, и мы постоянно встречаем ее в нашей культуре и в повседневной жизни. Если вам разок позвонили и ошиблись номером – ну что ж, бывает. Если тот же человек звонит вам во второй раз – это совпадение. Третий такой звонок – и вы понимаете, что что-то неладно. Число три ассоциируется у нас в голове с некой формой правды или факта. Оно в некотором роде священно. Иисус воскрес на третий день. Святая Троица. На третий раз повезет. Три страйка – и аут[23].

Прайор дал три обещания. Трижды произнес слово «виновен».

Да и само слово «три» произнес. Поднял вверх три пальца. Ритм и модуляция его речи вращались вокруг цифры три.

«Я не собираюсь строить домыслы, я не собираюсь теоретизировать, я собираюсь показать вам правду…»

«Это дело о сексе, деньгах и мести…»

«Он достал нож и стал вонзать его в тело своей жены – раз за разом, раз за разом, раз за разом…»

Даже по своей структуре речь Прайора была построена вокруг этого числа.

Во-первых, он сказал присяжным, что собирается посвятить их в три вещи. Во-вторых, рассказал им об этих трех вещах.

И, в-третьих, объяснил то, что только что сказал.

Он был в полном праве быть довольным собой. Все это было хорошо отрепетировано, как следует продумано, психологически манипулятивно и чертовски убедительно.

Прежде чем встать и тоже обратиться к присяжным со вступительным словом, я поймал встревоженный взгляд Бобби. Я понимал, о чем он думает: правильно ли он сделал выбор адвоката. Жизнь его висела на тоненькой нитке. Уголовный процесс обычно не дает второго шанса.

Я не стал воспринимать это близко к сердцу.