Она уже не приезжала к Наташе каждый день, усиленно занялась своей фигурой, сидела на диете, ходила на шейпинг, работала со сценарием. Наташа с облегчением перевела дух: кажется, Ирка и на этот раз справилась, выскочила из депрессии, не успев слишком глубоко в нее залезть.

Но передышка оказалась недолгой. Как-то теплым светлым июньским вечером Андрей взял Наташу за руку и очень серьезно сказал:

— Наталья, мне надо с тобой поговорить. Скажи-ка мне, только честно, Иринкина история с Бахтиным была единственным, чего я о тебе не знаю?

— Это так важно? — удивилась Наташа.

— Это очень важно. Видишь ли, есть кое-что, чего я тебе не рассказывал, но совесть меня не мучила, потому что я полагал, что каждый человек имеет право на свою темную комнату и на свой скелет в шкафу. Ты такое право имеешь, и я обязан его уважать. Но в то же самое время такое право есть и у меня. Мы храним друг от друга свои тайны, так сказать, на взаимной основе. Однако если у тебя больше нет темной комнаты, то и мне не пристало иметь свою. Ты понимаешь, о чем я?

— Смутно, — осторожно ответила Наташа, чувствуя неприятный холодок внутри. — Ты хочешь покаяться передо мной в каких-то грехах?

— Ну, смотря как это расценивать. Может показаться, что это грех, а может, и нет. Все зависит от точки зрения. Но я должен с тобой об этом поговорить.

— Погоди, — остановила его Наташа. — Это про женщин?

— Что ты, — расхохотался Андрей. — Ни в коем разе.

— У тебя внебрачный ребенок?

— Да бог с тобой, Наташенька, дорогая моя! Я бы никогда не стал от тебя этого скрывать.

— Тогда подожди с признаниями. У меня есть еще одна комната, чуланчик такой, где живет позорная тайна. Давай-ка я сперва расскажу тебе о ней, а потом выслушаю твои признания в грехах. Это будет честнее.

Она собралась с духом. Надо, наконец, рассказать Андрею.

— Андрюша, когда я училась в институте, у нас был профессор…

— Мащенко, — подсказал Андрей, не дожидаясь, пока она закончит фразу.

— Откуда ты знаешь? — встрепенулась Наташа.

— Догадался. Не нужно мне ничего рассказывать, милая, не мучай себя.

— Но я хочу, чтобы ты знал.

— Я и так знаю.

— Ты?! Откуда? Кто тебе сказал?

— Частично Виктор Федорович Мащенко, об остальном я сам догадался. Выслушай меня, Наталья.

Она слушала, не отрывая глаз от лица Андрея, который все время, пока говорил, крепко держал ее за руку. В восемьдесят шестом году он познакомился с Виктором Федоровичем и Елизаветой Петровной. У жены Мащенко были проблемы со здоровьем, Андрей ее проконсультировал, а потом и прооперировал. Чета Мащенко вела себя в точности так же, как все благодарные больные: цветы, коньяк, со вкусом выбранные сувениры, поздравления со всеми праздниками.