– Ты маменькин сынок и слюнтяй. А еще… Гаяне Ивановна, вы не научили своего сына доверию, вот! Вы… Для него же человек всегда лжец. Он только и видит в каждом подвох. Не верит… Никогда и никому. Думаете, у него получится с Зарой? Он найдет к чему прицепиться, не сомневайтесь. Уличит ее во лжи и будет вариться в своем дерьме, пока оно его не потопит.

– Хватит, Зоя. Я понимаю твои чувства, но мои поступки в отношении тебя были справедливыми. Я проверил все, прежде чем… – выдавливает он.

– Да пошел ты, Робчик, – выпаливаю я, глубоко вдыхая свежий морской воздух.

Мы так и стоим на пустом, закрытым лентами ограждения берегу. Ветер колышет волосы, взвивает полы рубашки, забирается под одежду, чтобы слегка охладить горячую от волнения кожу. Как же я жалею, что пошла на этот разговор… Не стоило оно того… Они никогда не примут такую, как я… Никогда не будут считать меня человеком, достойным переступить порог их дома. И Мишутку моего будут считать вторым сортом… Пошли они…

– Извините меня, Гаяне Ивановна. Он ваш сын и…

– Да уж, дамочка, вы показали себя не с лучшей стороны,– кисло поджимает губы мама Роберта. – Надеюсь, мы с вами друг друга поняли?"

"– Да, не сомневайтесь. А я надеюсь, что ваш обожаемый Робчик скажет вам правду. Вы знаете, что он не собирается жениться на Заре? Он ищет девушку с красивой европейской фамилией, желательно немецкого происхождения. Потому что инвестор, который скоро придет, сноб, моралист и ханжа. И ему…

– Довольно, Зоя, – побелевшими губами шипит Роберт. – Ты достаточно наговорила. Уходи, пожалуйста.

Да пожалуйста! Нужны вы мне больно! Разворачиваюсь и на негнущихся ногах иду к машине. Виталий уже два раза звонил и писал сообщения, но я его игнорировала. Слышу за спиной причитания тети Гаяны и оправдания Роберта… Господи, как я могла в него влюбиться? В такого неподходящего мне человека? И почему чувства до сих пор живы? Они поднимают голову, как голодные хищники при виде жертвы каждый раз, когда его вижу… Красивый, умный, порядочный… Я знала его таким. И таким полюбила… И мой Миша очень на него похож. Задыхаюсь от обиды и спешно иду к стоянке. Накрылся мой бизнес, а мое доброе имя снова пострадало… Ничего, Зоенька, ты справишься… Мишутка вырастет и придет к своей бабушке и папе. Представится и скажет, что не нуждается в них… Так мол и так, вы ненавидели мою маму, а я все равно вырос достойным человеком. Зла на вас не держу, живите как жили… если сможете. У Гаяне Ивановны мгновенно подскочит давление, а из рук жены Роберта Зары выскользнет блюдце… А самого Роберта хватит удар!

Тьфу, придет же такое в голову? Запускаю двигатель и выезжаю на трассу. Надо успокоиться. Мне о потерянном бизнесе думать надо и о сыне. Зря я полезла к его маме и к нему на встречу поехала тоже зря.