Издевается, скотина облезлая, точно издевается! Разбудил меня посредине ночи для очередного представления! Клоун, от которого в панике сбежал весь цирк. Но… какой же он милый, когда полуобнажен. Меня раздирало от противоположных чувств.

– Дзен, говоришь, постигаешь? – прошипела я сквозь зубы. – А больше ничего постигнуть не хочешь?

– Вселенской любви, лапуля, – благословенно кивнул мне Кирилл.

– А вселенских волшебных пенделей не выписать? – хмуро поинтересовалась я. – Могу даже без рецепта.

Он открыл второй глаз и теперь смотрел на меня с нескрываемым ехидством. А я почему-то уставилась на небольшое, но абсолютно глупое тату на его животе, выглядывающее из-за ремня. Розовое пони, блюющее разноцветной радугой. Набил же себе такое, а! И какой у него все-таки пресс классный. Боже, о чем я думаю.

– За что я тебя люблю, так это за твое чувство юмора, – заявил Кирилл. – Нравится наблюдать за его формированием с нуля, так сказать. Как будто бы наблюдаю за превращением обезьяны в человека. Кстати, знаешь, что род ископаемых приматов-проконсулов – наш общий предок?

– Чей это «ваш»? – сощурилась я. Как же он меня достал! Но я держалась. А что мне оставалось делать? Сама захотела поиграть с ним в покер на желания.

– Не ваш, а наш – мой и твой, лапуля. Человекообразных существ, как я, и мартышковых, как ты. Ну, понимаешь, это метафора. Я хочу показать разницу между нами, – улыбнулся Кирилл. Улыбка у него была милая и светлая, а в глазах горел веселый огонь.

– Знаешь, Кирилл, иди ты… к своим проконсулам с такими метафорами. Ты зачем звонил в свой чертов колокольчик? Что ты хотел?! – взорвалась я.

– Я хотел телесных ласк, – кротко улыбнулся Кирилл.

– Ну так ласкай себя, в чем дело? – хмыкнула я.

– Я хочу твоих ласк, лапуля, – потупил он взор.

– Пошел к черту, – огрызнулась я.

– Ну вот, – укоризненно покачал головой Кирилл. – Твой мозг снова все извратил. Я хочу не тех ласок, о которых ты думаешь. Я хочу массаж. У меня болит шея.

– Чтоб она у тебя свернулась, – пожелала в сторону я.

– Эй, я все слышу! – возмутился Кирилл и вскочил с кровати. – У меня идеальный слух, если ты не в курсе. Да я и сам почти совершенство… Значит так. Сделай мне массаж. Нежный. С маслом. Это мое второе желание.

Прикрыв глаза, я глубоко вдохнула и выдохнула.

– Я тебе проиграла желания, а не вечное рабство, – сказала я, с ненавистью глядя на Кирилла.

– Сама виновата, – пожал обнаженными плечами он. – Кто тебя заставлял играть со мной в карты?

– Нужда.

– Какая нужда, лапуля? Ты хотела меня нахлобучить, думая, что я идиот и не умею играть в покер.

«Я бы тебе кирпич на голову нахлобучила, полудурок», – с тихой яростью подумала я. Дернуло же меня что-то начать с ним играть. Не иначе как его ручной черт.