Алекс вколол успокоительное, и она скоро должна уснуть. Нужно все же позволить ему ее осмотреть. Но раздевать я ее буду сам.

Одним резким движением порвал остатки платья. Она вздрогнула. Но, видимо, лекарство уже действовало, так что сделать она больше ничего не смогла. Только опустила снова голову на подушку и прикрыла глаза. По щеке покатилась одинокая слеза. Я аккуратно, чтобы снова не напугать, вытер ее тыльной стороной ладони, едва касаясь кожи. Приятно. Наши взгляды встретились, и я вновь утонул в ее глазах цвета весны. Впервые, наверное, передо мной лежит полуголая привлекательная девушка, а я смотрю ей в глаза и не могу оторваться. А надо.

Резко встал и отошел в сторону, кивая Алексу, мол, можно. И увидел, что Макс, оказывается, уже тут с футболкой в руках. Смотрит на меня так странно, но молчит.

Мы все настолько хорошо друг друга знаем, что слова иногда бывают не нужны.

Вдох. Выдох. И снова Вдох. Я смотрел, как Алекс бегло оглядывает ее профессионально и очень аккуратно. Сейчас каждое резкое движением может снова ее напугать.

– Все нормально. Несколько ссадин и синяки от рук, но это пройдет само. Мое вмешательство тут точно не требуется, – усмехнулся он, но вышло как-то нервно. – Она уснет сейчас. Ее бы одеть, Демон. И унеси лучше наверх. Там ей будет спокойней.

И он погладил ее по голове. Невесомо, ласково, нежно. Она закрыла глаза. Я дернулся, но Макс удержал за руку.

– Угомонись. Алекс прав. Давай оденем ее и уложим спать. Свою тупую ревность засунь себе в задницу. Не тот случай, – он говорил спокойно, при этом проговаривая каждое слово так, словно хотел вложить мне его сразу в мозг, чтобы быстрее дошло.

Я только хмыкнул в ответ, выдернул руку из его захвата и забрал, наконец, свою футболку."

"– Давай, малыш. Нужно встать. На секунду, – обхватил за талию, поднял и одной рукой придерживал ее, второй пытался натянуть футболку. Было чертовски неудобно.

– Макс, помоги.

И вот вдвоем мы быстро справились.

Подхватил малышку на руки и унес наверх. В свою спальню. На свою кровать. Моя!

Макс быстро расстелил кровать и вышел.

Я уложил свою хрупкую девочку в кровать. Укрыл одеялом. Поцеловал в висок и просто сидел какое-то время и смотрел, как она спит. Сейчас мне этого было достаточно, чтобы быть счастливым. Просто осознавать, что я оказался там вовремя. Что я успел. Что с ней все хорошо. Что она тут. Она моя. И я не намерен отпускать. Не намерен делиться. По крайней мере, сейчас.

Часов до трех мы сидели, медленно пили виски, курили и разговаривали.

Рассказали Алексу, что случилось, уже в подробностях.

– Да… Малышка определенно нуждается в защите. И в воспитании, если родители раньше не объяснили, что шляться одной по ночам нельзя. Что могут быть последствия.

Алекс злился.