Дядя все же меня в последний момент просил не боятся, да и сказки эти из детства. Надо будет вспомнить, о чем они были. Но определенно ситуация моя.

Встав в центр пентаграммы, я еще раз осмотрела зал. Ничего интересного в нем не было. Высокий потолок, те же стрельчатые окна. Серые стены и колонны. Больше ничего.

Мальдирез начал что-то бормотать, слов разобрать мне не удалось, но краткое время спустя пентаграмма вспыхнула и вокруг нас образовалось красное пламя. С каждым его словом оно становилось все горячее и начинало кружиться вокруг нас. Через некоторое время, я увидела, как Малису окутывает голубое сияние, как только это произошло Мальдирез умолк и сделал несколько шагов к нам.

— Малиса — защитница. Василиса — боевик энергетической магии."

"И только после этих слов, я увидела, как меня окутало всеми цветами радуги. Никаких ощущений это не вызывало, но я на всякий случай покрепче сжала автомат, мало ли. Проявление магии я видела впервые, ну кроме порталов, от этого я впала в какой-то щенячий восторг, того и гляди, хвостиком махать начну. Разноцветие, окутавшее меня, слегка слепило, но я все равно продолжала всматриваться в искрящиеся клубки. Это напомнило мне о детских красочных мультфильмах и о спецэффектах в играх. Это были и клубы, и всполохи, и некое подобие тумана.

— Василиса. — оторвал меня от созерцания прекрасного голос Мальдиреза. Он протягивал мне какой-то кубок. — Если ты согласна вступить в академию выпей до дна.

Я послушно взяла кубок и пригубила жидкость. В следующую секунду горло обжег вкус крови, спирта и еще какой-то мерзости. Что за дрянь? Но я допила, так же поступила и Малиса. Мы молча вернули кубки, а секундой позже меня скрутило. Казалось кто-то вогнал мне лом параллельно позвоночнику. Желудок нещадно сжимался, горло полыхало огнём. За собственным визгом, я слышала, как кричит Малиса. И Мальдирез почему-то не спешил идти нам на помощь. Он стоял за пентаграммой и с бесстрастным выражением наблюдал за происходящим.

Садист!

Тело выворачивало, казалось, я слышу хруст собственных костей. Любое движение приводило к ещё большей боли. Меня корежило так, что ни одному смертному не пожелаю. Каждый сантиметр кожи наливался огненной лавой, каждый вдох терзал легкие огнем. Но все закончилось так же резко, как и началось.

Осознала я себя лежащей на полу с раскинутыми руками. Дышать было гораздо легче, но сил не было совершенно. Малиса лежала рядом, но в ней я увидела серьезные изменения. Рыжие волосы, больше небыли рыжими. Они были белыми! Её губы выдавили вымученную улыбку, обнажая клыки, которых раньше не было. Не взирая на усталость, я подскочила на месте и первое что сделала, сунула палец в рот.