— Вот, только оттуда вернулись. Из живых там теперь больше никого не осталось.

— Это как? — часто моргая, произнесла Виктория, следом сглотнув.

— В прямом смысле. Крепость Светлицких горит. Все монахи вырезаны. Патриарх убит, — неспешно перечислял Степан, наблюдая как лицо княжны невольно бледнеет. — Демон, владевший телом Светлицкого, со слов Алексея, тоже уничтожен.

— О-го… — протянула Мария.

— Это получается всё?.. Конец восстанию? — выразила общую мысль Алина.

— Вероятно, что да, — кивнул Максим, и после его слов повисла молчаливая пауза.

— А где все, кстати? — резко сменил тему Степан, озираясь по сторонам.

Только теперь он заметил, что гостиную больше не заполняют лица бывших пленников.

— А Лёша… не сказал вам? — произнесла побледневшая Виктория и тут же осеклась, уже понимая ответ на свой вопрос.

— Нет, — ни капли не удивляясь услышанному, качнул головой Максим, буравя взглядом потолок. — Он нам ничего не сказал.

Переглянувшись с подругами, ситуацию объяснить решила графиня Белорецкая:

— Час назад здесь появился Аластор, — начала Алина, переходя ближе к свободному креслу.

— Он сообщил, что было решено переместить всех бывших заложников во дворец. Нах-Нах открыл в подвале портал, и мы их проводили. Остались только мы… — она пожала плечами, стараясь говорить спокойно, но в голосе ощущалось сдерживаемое девушкой напряжение.

Повисла очередная неприятная тягучая пауза. Атмосфера в помещении становилась всё более тревожной, каждый из присутствовавших утопал в своих мыслях и переживаниях. В то, что Алексей не справился с кольцом, не то что верить, это даже не хотелось произносить вслух.

— А вы что молчите, Святогор? — с трудом сдерживая эмоции, произнесла княжна Белорецкая.

Её голос дрогнул, но не сломался. — Вы же должны всё понимать, вы же его знаете…

Начальник охраны медленно поднял на неё глаза, оторвавшись от рассматривания пламени в камине.

— Скажите, Алиса Евгеньевна, а вы могли бы позвонить отцу и уточнить, как там во дворце наши бывшие гости? — наконец нарушил своё задумчивое молчание Святогор. — Насколько я помню, Евгений Константинович направлялся к Романовым этим утром.

Алиса чуть удивлённо вскинула брови, уже раскрывая рот для ответа:

— Да, но зач… — княжна тут же осеклась, заметив, как Святогор едва заметно приложил палец к губам.

Его взгляд говорил больше, чем слова. Девушка нахмурилась, но продолжать свой вопрос не стала.

— Переживаю, Ваша Светлость, — негромко пояснил он, сохраняя сосредоточенное выражение лица. — Алексей Михайлович недавно одного из них в угол ставил. Как бы ни задумал обиду этот Дробышевский.

— Ну-у… могу, конечно, — всё ещё с лёгким сомнением в голосе отозвалась Алиса.