Дурново добавил ему радостей:

– Как только представитесь Его Величеству по случаю ленты, можете ехать к своим в Варнавин. Даю вам три недели отпуска.

Дальше все было как в угаре. Вдвоем с начальником Лыков явился в так называемый Второй министерский флигель, где получил дворцовый завтрак. Петр Николаевич поковырял вилкой горячее, бульон отодвинул в сторону, съел лишь пирожное с кофе. Сыщик умял и холодное мясо, и два горячих блюда. Выпил рюмку простой водки и рюмку горькой – все это прилагалось к завтраку. А полбутылки мадеры и полбутылки вина прикончил в компании Петра Николаевича – за ленту. Тот добавил свои, получилось неплохо.

В таком радостном настроении Алексей Николаевич пребывал до вечера. Коллеги, узнав о высочайшей аудиенции и награде, приходили его поздравлять. Директор департамента Лопухин даже налил у себя в кабинете коньяку счастливцу.

Вечером сыщик пришел в квартиру и нашел на столе в гостиной две телеграммы. Обе его ошарашили. В первой, от баронессы Таубе, было сказано: «Виктору в бою оторвало левую руку, он отправлен в госпиталь в Харбин, состояние тяжелое, я срочно выезжаю туда». Вторая была от генерала Фрезе: «Всадник[62] Имадин Алибеков убит в ночном штурме Инкоу».

Вот тебе и лента… Лыков сел и заплакал.

Краткий эпилог

В начале февраля 1905 года в Баку разразилась так называемая армяно-татарская резня. До сих пор историки спорят, кто кого первый пырнул кинжалом. В городе, где у коренного азербайджанского населения был большой численный перевес, это вылилось в массовые убийства армян. Только 8 февраля в жилых бараках нефтяной фирмы Питоева застрелили сорок человек. На помощь спешно приехали фидаины, опытные, храбрые и вооруженные до зубов. И резня сделалась обоюдной… Кровавые события прокатились по всему Кавказу. Особый масштаб они приняли в Нахичевани, Агдаме, Шуше, Карабахе и Елисаветграде. Шушу практически разрушили до основания, в перестрелках участвовало все население города. В боях преимущество часто оказывалось на стороне хорошо организованного «Дашнакцутюна». И татары, и армяне проявляли беспримерную жестокость. Войска не решались выходить из мест расквартирования и долго бездействовали. В результате погибли тысячи людей, в том числе детей, женщин и стариков.

До Тифлиса конфликт добрался в конце ноября. Здесь перевес был, наоборот, у армян. И татарам пришлось несладко. На выручку к ним прибыли две тысячи единоверцев из Борчалинского уезда, ближайшего к Тифлису района компактного проживания мусульман. Между тем гарнизон был ослаблен, почти все части из него ушли на подавление мятежей. Власть растерялась. Уличные шествия закончились провокационными выстрелами в казаков, те ответили по-своему. На улицах города обильно пролилась кровь.